(Не)счастье дракона

Поддерживаемая тучным кавалером, рядом кружилась Кати Лиастр. Красное, расшитое рубинами и бриллиантами платье выглядело богато, роскошно, но все же проигрывало синему, в котором сейчас была я. Грудь дамы едва не выпрыгивала из экстремально низкого выреза, куда не отрываясь смотрел ее партнер по танцу, на глазах краснея и покрываясь потом еще больше. Шею графини обвивало ожерелье из весьма крупных камней. Такие же рубины блестели в ушах и на запястье. Что ж, она весьма достойно вышла из ситуации.

Впрочем, именно это и предсказывал Терри, равно как и ее появление на этом балу.

Элион тоже увидел Кати и напрягся. Едва его теплый взгляд коснулся дамы в красном, как тут же заледенел. Он посмотрел на короля. Что сказать? И я последовала примеру супруга. Монарх выглядел много лучше. От горячего вина его щеки порозовели, а глаза заблестели. Он явно знал, чем вызван негодующий взгляд брата. Более того, нетрудно догадаться, с чьего молчаливого согласия графиня все же появилась на балу.

И я… Я была благодарна ему за возможность отстоять свою честь. Честь Тайлеров, Аталанов и Карров. А заодно и воплотить в жизнь то, что мы так тщательно планировали с Терри. И даже больше того. Намного больше.

Глава 19

СамантаТанец закончился, начался новый. Но дракон больше не танцевал. Он, смерив неприязненным взглядом брата, повел меня к креслам, стоящим на широкой ступени возвышения перед королевским троном.

Я всем существом ощущала ненависть Кати.

Супруг пребывал в бешенстве, судя по тому, как сильно он стиснул мой локоть. Но стоило зашипеть, хватка тут же ослабла. Дракон даже пробормотал какие-то слова, очень похожие на извинения, но тянуть не перестал."

"– Нам нужно поговорить! – прорычал он брату, усаживая меня на одно из кресел.

– Нужно, – спокойно отозвался Тарк. – Чуть позже. Сейчас время Саманты.

Элион обвел взглядом зал. Бал продолжался, но перед троном уже выстроилась череда придворных, которые желали представиться юной герцогине.

Я с тоской посмотрела на танцующих. Пары двигались под чудесную музыку, улыбались, кружились. Подобная радость мне как герцогине Каррской была фактически недоступна. По этикету напрямую пригласить меня мог лишь придворный статусом не ниже супруга. Значит, только король. Но об этом не могло быть и речи. Ему сейчас вообще не на балу сидеть нужно, а в постели лежать с грелкой в ногах и кучей снадобий на туалетном столике.