(Не)счастье дракона

Но лишь до того момента, пока не повстречают истинную пару – женщину, к которой потянется душа, примет магия и воспылает страстью тело. И только в таком порядке. Если обряд единения свершен и истинная пара погибла, дракон уходит вслед за ней, потому что жить без любимой просто не сможет.

– А как же король? – выпалила я и осеклась. Синие глаза Терри потемнели, в них застыла боль. Наверное, она всегда там была, просто он хорошо ее прятал.

– Марта не была истинной парой Тарка, – хрипло выдохнул он. – Но магия его дракона приняла почившую королеву, хоть и не признала в ней владычицу души Тарка.

Поэтому когда она умерла, пытаясь дать ему потомство, Тарк выжил…

– А почему он не женился вновь?

На этот раз маркиз чуть заметно улыбнулся и посмотрел на меня, как на глупышку.

– Все время забываю, что люди о драконах не знают практически ничего. Хотя… Сейчас уже и сами драконы о себе мало что помнят. Деградировали, утратили способность оборачиваться, практически лишились магии. С тех пор, как магия принимает избранницу дракона, он не может изменить выбранной им женщине.

Это физически невозможно.

– То есть король… Он… О Терри! Это ужасно несправедливо! – вскликнула я. – Неужели для него навсегда потеряна надежда на счастье?

– Существует лишь одна вероятность, Саманта. Если Тарк встретит свою истинную пару, магия охотно примет его новую избранницу. Но только в этом случае. Однако мы отвлеклись. Пройдем. – Он жестом пригласил меня следовать дальше.

Оказалось, что за разговорами мы дошли до самого конца галереи.

Передо мной висел еще один портрет, последний. И с него опять смотрела я, облаченная в черное траурное платье. Только вот глаза были пусты. Женщина на картине была или мертва, или безумна.

Внутри все сжалось. Она так отличалась от той, первой – живой, любящей и такой любимой. В этой же не осталось ничего, лишь плотно сжатые губы и вздернутый подбородок говорили о ее обиде на весь мир, о крушении надежд, о злости и… и желании отомстить. Только вот кому? Вряд ли Катарина сама знала ответ на этот вопрос.

– Этот портрет нарисовали накануне приезда Райлена, за несколько дней до самоубийства Катарины. А еще через месяц нового короля вызвали в академию, где готовился предстать перед богами последний из Аталанов – магистр Ангус Аталан. Когда монарх добрался до замка, старик уже практически никого не узнавал и метался в бреду. Он постоянно шептал, что мир мертв, что Саатар проклят и никому нет спасения.