Неслучайная ночь

На камне, которым, по предварительным данным, был нанесен удар по голове пострадавшего, тоже не осталось никаких отпечатков. Как и кожи преступника под ногтями жертвы. А вот судя по отпечатку шин на песке, мотоцикл с коляской подъезжал к воротам «Ветродуйки» дважды. Так что версия о возможной причастности к смерти Ивана парней из клуба Юргенса в принципе подтверждалась. Однако подозрения с членов «Ветродуйки» и с примкнувшей к ним Ульяны Мичуриной сняты не были. С них взяли подписку о невыезде и всех обязали явиться на следующей неделе в отделение для дачи показаний.

– Черт! – прорычал Ветер, подписывая бумаги. – А я собирался в Турцию на соревы…

– На что? – переспросил следователь.

– На соревнования по кайтингу, – растолковал Сергей.

– Придется их пропустить.

– Уже понял, – буркнул Ветер.

– Да ты так не расстраивайся, – подбодрил друга Слава, сидевший рядом. Он уже перебрался из чайханы в дом, поскольку Николаю все же надо было работать. – Будем надеяться, Колюня отыщет убийцу до твоего отъезда.

– Размечтался… – фыркнул Колюня. – Следствие затянется на месяцы, как пить дать.

– Почему так надолго?

– Слишком много подозреваемых, всех надо проверить.

Тут в комнату влетел запыхавшийся опер. Тот самый, в мятой одежде. Его звали Дмитрием.

– Коль, глянь, что нашли! – Он бросил на стол прозрачный пакетик, в котором лежала, весело посверкивая на свету, серебряная сережка, выполненная в форме долларового значка. – В полуметре от трупа была. В песок зарылась, мы не сразу обнаружили.

– Чистенькая, блестящая, – заметил Николай, взяв пакет в руки и тщательно рассмотрев содержимое. – Сразу видно, недолго в песке находилась.

– А ты спроси, где конкретно была.

– Под кроссовкой покойного. Мы как раз расстояние от отпечатка протектора до ноги замеряли.

Николай сдвинул белесые брови, перевел взгляд с коллеги на бывшего одноклубника и поинтересовался:

– Из ваших никто серьгу не терял?

– Вроде нет, – не очень уверенно протянул Кравченко.

– У всех девушек и у Егора, – дал быстрый ответ Сергей. – Только это серьга не для ушных мочек.

– Нет? – нахмурился Николай. Затем принялся придирчиво рассматривать «доллар», вертя пакет то так, то эдак. Серьга и в самом деле была необычной – без привычной застежки.

– А, пирсинг, знаю. – Николай вернул улику на стол.