Неслучайная ночь

 – И у кого из ваших барышень есть дырка в пупке?

– У Дианки нет. У Жени тоже. А вот о писательнице ничего сказать не могу, я ее без одежды не видел. А ты, Кравец?

– Я тоже нет. Она ж, как женщина Востока, всегда в платье до полу ходит. Хотя купальник вроде с собой взяла.

– Надо узнать, есть ли у нее пирсинг, – подал реплику «мятый» Дмитрий. И со смешком добавил: – Пойду проведу досмотр комиссарского тела.

– Только ты поделикатнее, ладно? – попросил его Кравченко. – Все же женщина, писательница.

– Так пирсинг же не на интимном месте. И даже не на сосках.

– Ну и что? Ульяна – барышня тургеневского типа. Стеснительная очень.

– Я вспомнил! – воскликнул Ветер. – Ульяна при Женьке переодевалась. Пусть Дима у Бабуси спросит, есть ли дырка в писательском пупке.

Опер коротко кивнул и покинул комнату.

– Думаешь, серьга могла быть у убийцы? – спросил у Колюни Слава.

– Очень возможно. Жертву ведь не сразу проткнули древком. Сначала ударили по голове, а когда парень упал на спину, нанесли смертельный удар.

Но ваш приятель мог и сопротивляться. Лучше всего, лежа на спине, обороняться ногами. Предположим, он пнул нападавшего в живот (или одного из нападавших, если их было несколько). От удара серьга выскочила, а кроссовка слетела со ступни.

– А ты голова, Колюня, – с уважением протянул Кравченко.

– Я профессионал! – скромно изрек тот.

Тут в комнату вновь влетел Дмитрий и выпалил:

– Нет у Мичуриной дырки в пупке!

– Отлично.

 – Колюня хлопнул Славу по плечу. – Значит, никто из вашего братства серьгу потерять не мог. Остается узнать, есть ли в компании Юргенса девушки и кто из них имеет проткнутый пупок…

– Стоп, стоп, стоп! – оборвал его Ветер, который так разволновался, что даже вскочил. – Девушки, девушки… Почему только они?

– А что, и мужики пупки прокалывают?

– Да сколько угодно, среди молодежи это сейчас модно. – И вдруг Ветер как заорет: – Вспомнил! У Юргенса есть пирсинг! На последних соревах кто-то заметил, что он пупок заклеивает, и спросил, зачем.

Тот ответил: чтобы серьгой гидрокостюм не попортить. Вызови сюда Штаркмана на минутку, я у него спрошу. Он должен точно помнить.

– Почему должен? – полюбопытствовал следователь, но знак коллеге подал.

– У него память феноменальная, это раз. А во-вторых, Марк видел Юргенса без костюма, когда они на какие-то чертовы грязи ездили.