Неслучайная ночь

Такие тихие, что сначала решила, что слышит не шаги, а пульсацию крови в собственных висках. Но с каждой секундой звук становился отчетливее. Он приближался…»

– Это к ней кто-то крадется? – азартно спросила Диана.

Ульяна приложила палец к губам, как бы говоря – помолчи, не мешай. И продолжила, перескочив через абзац:

– «Горло Натальи сдавили ледяные пальцы. Она охнула и левой рукой (правой она держалась за стену) стала отрывать их от своей шеи. Но пальцы оказались такими сильными и цепкими, что сжимали горло подобно тискам.

Избавиться от них не было никакой возможности! Наталья начала задыхаться…

– Милая… – услышала она сквозь гул в ушах испуганный голос супруга. – Наташа, ты чего?

Она хотела крикнуть мужу: «Помоги! На меня напали!», но из горла вырвался только сдавленный хрип.

– Ты с ума сошла? Что ты делаешь? – долетело до нее.

Больше Наталья ничего не слышала. Она потеряла сознание. А когда очнулась (к действительности ее вернула страшная вонь – муж сунул ей под нос ватку с нашатырем), поняла, что в квартире была с ним вдвоем.

На нее никто не нападал…»

– Как никто? – перебила Диана. – А кто же ее душил?

– Когда супруг Наташи, – пояснила Ульяна, – вошел, то увидел страшную картину: одной рукой его жена сжимала свое горло, а второй пыталась оторвать собственные пальцы от шеи».

– Ах, вон что! Паранойя, да?

– Пока не знаю. Но возможно и психическое расстройство.

– Психотропные препараты, тайком добавляемые в пищу.

– Лучше первое, так страшнее.

Ульяна кивнула. Определенно так страшнее.

В том числе автору. Сейчас, когда она зачитывала Диане отрывок, ей было не по себе. Но в то же время Мичурина ощущала совершенно необъяснимое желание погружаться в этот ужас еще и еще…

– Ну что, пошли спать? – проговорила Диана, зевнув.

– Иди, а я еще поработаю. Как-то вдруг проснулось вдохновение.

– Да ради бога! Работай… – Диана поднялась, с хрустом потянулась. – Книжку твою непременно прочитаю. Интересно. – И, помахав на прощание, сказала: – Пока, мне спокойной, а тебе плодотворной ночи.

И спасибо, Ульяна. Мне было приятно.

– Да, пока, – вслед ей сказала Мичурина.

Едва фигура Дианы слилась с темнотой, она водрузила ноутбук на стол и ударила по клавишам. Мысли и эмоции так и переполняли ее!

Она писала и писала, не в силах остановиться. Паузы, которыми Ульяна разбавляла творческий процесс, были незначительными. Писательница делала глоток шампанского, ставила стаканчик обратно на стол и возвращалась к своему роману.

Писать его было очень страшно.