– А нам достаточно просто быть собой? – с невинным видом спросила Амели, но в её глазах плясали озорные искорки.
– Боюсь, что как раз быть собой вам не стоит, – хмыкнул Роберт, который, к моему удивлению, решил сопровождать нас. – По крайней мере, не во всём.
– Я думаю, мы знаем, где провести границу, – спокойно произнесла Лорен, поправляя перчатки. – Не беспокойся, Роберт. Мы не будем стрелять из арбалета по люстрам.
– По крайней мере, в первые пять минут, – добавила Амели, и они с сестрой обменялись понимающими улыбками.
Дворецкий объявил о нашем прибытии, и мы вошли в просторный бальный зал, где уже собралось не менее трёх десятков гостей. Стоило нам войти, как разговоры стихли, а все взгляды обратились к нам. Но затем все вернулись к своим беседам, однако краем глаза я замечала, как гости украдкой рассматривают нас, перешёптываясь друг с другом.
Герцогиня Мейрин оказалась высокой стройной женщиной с удивительно молодым лицом, обрамлённым короной седых волос. Она встретила нас с обманчивой теплотой, но её оценивающий взгляд скользил по мне и моим дочерям, словно прикидывая нашу ценность на каком-то невидимом аукционе.
– Лейр Вайлиш! – воскликнула она, протягивая руку Хэмонду. – Какая радость видеть вас снова в столице. И с… новой семьёй.
Её взгляд остановился на мне, и я чуть приподняла подбородок, встречая его с достоинством."
"– Лейна Мейрин, позвольте представить вам мою супругу, лейну Элизабет, и её дочерей, лейну Лорен и лейну Амели.
– Очарована, – произнесла герцогиня, и её тонкие губы изогнулись в улыбке, не затронувшей глаз. – Паула столько рассказывала о вас. Такой… интересный союз.
– Благодарю за приглашение, лейна Мейрин, – ответила я с безупречной светской улыбкой. – Ваш дом великолепен, как и приём.
– О, это всего лишь скромный вечер для близких друзей, – отмахнулась она. – Настоящие празднества начнутся с Осеннего Равноденствия. Но сначала позвольте познакомить вас с некоторыми из моих гостей…
Следующий час прошёл в бесконечных представлениях и светских беседах.
Я быстро поняла, что за учтивыми улыбками и вежливыми фразами скрывались осторожные выпады и попытки выведать информацию о нашей семье, нашем прошлом и о том, как именно Хэмонд и я встретились.
Я держалась с достоинством, не поддаваясь на провокации и отвечая на прямые вопросы достаточно честно, чтобы не быть уличённой во лжи, но достаточно уклончиво, чтобы не дать пищи для сплетен.
