– Я пойду разложу свои травы, – заявила Амели. – Некоторые из них нужно правильно хранить, иначе они потеряют свои свойства.
– А я, пожалуй, поднимусь к себе переодеться перед ужином, – сказала Лорен. – Эти туфли начинают натирать ноги.
Когда девочки ушли, мы с Хэмондом остались одни в холле. Мне хотелось спросить его о том, что он думает о встрече с Этьеном и очевидном взаимном интересе между ним и Лорен, но что-то меня останавливало. Наш брак был всё ещё слишком новым, слишком неопределённым, чтобы углубляться в такие семейные темы.
Однако, к моему удивлению, Хэмонд сам заговорил об этом:
– Этот молодой человек… Этьен. Ты замечаешь, как они смотрят друг на друга?
– Конечно, заметила, – улыбнулась я. – Трудно не заметить такой откровенный интерес.
– И как ты к этому относишься? – спросил Хэмонд, внимательно изучая моё лицо.
Я немного помедлила с ответом, обдумывая свои собственные чувства.
– Лорен взрослая девушка, – наконец сказала я. – Она имеет право на собственные… симпатии.
И она никогда не была легкомысленной. Если этот молодой человек привлёк её внимание, значит, он того стоит. По крайней мере, так она считает.
Хэмонд задумчиво кивнул, и мы направились к лестнице, чтобы тоже подготовиться к ужину. На полпути он вдруг остановился и повернулся ко мне:
– Знаешь, я вдруг понял, что испытываю странное чувство… ответственности за твоих дочерей. Не просто формальной, как муж их матери, а настоящей, глубокой заботы. Это… неожиданно для меня.
Его откровенность тронула меня.
Я улыбнулась, глядя в его глаза:
– Для меня это очень много значит, Хэмонд. И, я уверена, для девочек тоже, хотя они могут не показывать этого.
– Особенно Лорен, – с понимающей улыбкой добавил он.
– Особенно Лорен, – согласилась я. – Она всё ещё скучает по отцу.
– Я не пытаюсь заменить его, – серьезно сказал Хэмонд. – Но хочу, чтобы она знала, что может рассчитывать на меня.
Я молча кивнула, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди.
– Идём готовиться к ужину, – мягко сказала я, беря его под руку.
– Сегодня был чудесный день, и я хочу, чтобы он закончился так же хорошо.
Мы поднялись по широкой лестнице, каждый думая о своём, но объединённые тихим пониманием, что в нашей странной, внезапно образовавшейся семье постепенно возникают настоящие, глубокие связи. И это, пожалуй, было самым ценным приобретением этого дня.
Перед сном я подошла к окну своей комнаты и посмотрела на ночную столицу.
