Дочери и Говард тут же поднялись мне навстречу, их лица выражали тревогу и нетерпение. По глазам Лорен я видела, что она изнывала от желания выбежать наружу, чтобы всё увидеть своими глазами, но сдержала слово и осталась в доме.
– Ну что? – нетерпеливо спросила она, подходя ближе. – Они уехали?
– Да, – кивнула я, опускаясь в кресло у камина, где еле тлели угли, оставшиеся от утреннего огня. – Лейр Хэмонд сумел их убедить, что мы теперь под защитой Восточного Договора.
Кратко пересказав разговор с посланниками, я заметила, как изменились лица дочерей.
Лорен не сдержала торжествующей улыбки, когда я упомянула про рецепт красителя."
"– Так им и надо, – фыркнула она, откидываясь на спинку кресла. – Они забрали у нас всё – дом, титулы, репутацию. Пусть хотя бы потеряют свою монополию на синие ткани.
– Лорен! – притворно возмутилась Амели, но в ее глазах тоже мелькнула искра удовлетворения. – Не говори так. Тебе не пристало злорадствовать.
– Но согласись, сестра, есть в этом какая-то поэтическая справедливость, – Лорен рассмеялась, поднимаясь с кресла.
– Хейли так жаждал нас уничтожить, а теперь потеряет один из источников дохода королевства.
– Ты права, – проронила младшая дочь, задумчиво теребя край рукава. Лорен же, потянувшись, как кошка после долгого сна, направилась к выходу.
– Пойду немного разомнусь, – бросила старшая дочь через плечо. – Проверю, вдруг эти лавенийские крысы все-таки следят за поместьем. Да и день прекрасный для прогулки…
– Будь осторожна, – сказала я, зная, что дочь не откажется от своей затеи, даже если я буду против.
– И не уходи далеко. Не дальше ста шагов от поместья!
– Не волнуйся, мама, – пообещала Лорен и, подмигнув сестре. – Я буду рядом.
Когда она вышла, а следом за ней и Говард, прежде знаком показав, что присмотрит за Лорен. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем старых часов в углу и отдаленными звуками работ на крыше. Амели подсела ближе ко мне, и я заметила, как сосредоточенно она о чем-то думает.
– Что тебя тревожит, милая? – спросила я, накрывая ее руку своей.
– Просто размышляю о будущем, – ответила она, поднимая на меня взгляд. – О том, как странно поворачивается судьба. Кто бы мог подумать, что всего через несколько месяцев после нашего бегства из Лавении ты снова выйдешь замуж?
– Это ненастоящий брак, Амели, – мягко напомнила я. – Лишь формальность для нашей защиты.
– Правда? – она слегка наклонила голову, изучая мое лицо.
