– Будем надеяться, что всё обойдётся без последствий. А пока он не придет в себя и не расскажет, что ему от нас нужно, Говард за ним присмотрит.
– Он точно лазутчик лавентийцев, – буркнула Лорен, бросив на сестру сердитый взгляд. – И что мне оставалось делать? Позволить ему убежать?
Я не ответила, лишь покачала головой. Дочь была права – в её положении любой поступил бы так же. И всё же ситуация становилась всё более запутанной. После визита лавенийских гонцов и нашего отказа вернуться в Лавению, Хейли наверняка не оставит попыток добраться до нас.
Но неужели он решился на столь откровенный шпионаж?
– На самом деле, – проговорила я, меняя тему, – я позвала вас не только из-за этого происшествия. Есть дело, которое я весь день обдумывала, и, кажется, пришло время его обсудить… Я решила отдать рецепт красящего раствора Хейли.
– Что?! – Возмущенно воскликнула Лорен, её глаза горели негодованием. – После всего, что они сделали с отцом? С нами? Ты хочешь просто так отдать им то, что они ищут?
– Не просто так, – спокойно возразила я.
– А в обмен на гарантии, что они оставят нашу семью в покое. Рецепт красителя – это то, чего они хотят больше всего. Возможно, если они получат его, преследования прекратятся.
– Или усилятся, – упрямо покачала головой Лорен. – Если мы отдадим рецепт, они решат, что могут получить от нас всё, что захотят. Что мы слабы и готовы идти на уступки из страха.
– Возможно, но отдав рецепт, у них станет одной причиной меньше, преследовать нас, – ответила, понимая опасения Лорен.
– Я согласна с мамой, – неожиданно поддержала меня Амели и чуть помедлив, добавила. – Но совсем по другой причине.
Она лукаво улыбнулась и, запустив руку в карман своего платья, извлекла аккуратно сложенный платок. Развернув его, она продемонстрировала нам ткань удивительного оттенка – насыщенно-синего, с лёгким мерцанием, словно на поверхности глубокого озера играли солнечные блики.
– Пусть забирают наш старый рецепт, – спокойно произнесла Амели, передавая платок мне. – У нас теперь есть кое-что получше.
Я осторожно приняла ткань, поражаясь глубине цвета. Такого чистого, яркого оттенка я не видела никогда – даже самые дорогие королевские ткани не могли сравниться с этим великолепием.
– Амели, – выдохнула я, не в силах оторвать взгляд от платка, – как тебе это удалось?
– Благодаря новому перегонному кубу, – с гордостью ответила Амели, её глаза светились триумфом. – Тому самому, что подарил мне Рейнар. Мне удалось получить выжимку из бирсы.
