Сам лейр Натан, невысокий полный мужчина средних лет с аккуратно подстриженными усами и цепким взглядом карих глаз, восседал в своем кресле с видом человека, привыкшего к власти. Его темно-синий камзол, расшитый серебряной нитью по вороту – традиционный знак его положения – был безупречен, как и манеры.
– Увы, лейна Элизабет, но пока я не получу приказ его величества, я не могу заверить ваш документ, – проговорил он с отточенной учтивостью, сложив пальцы домиком. В его голосе звучало то особое сочувствие, которое чиновники приберегают для отказов.
– Приказ? – уточнила я, деликатно прикладывая уголок батистового платка к глазу. Тонкий аромат лаванды, которым был надушен платок, добавлял достоверности моей роли страдающей благородной дамы.
– Приказ о том, что вы не принадлежите к тем, кто каким-либо образом вредил нашей стране, – пояснил бургомистр, рассеянно поглаживая массивный перстень с печаткой на указательном пальце.
– Моя бабушка – подданная Солтерры… – начала я, намеренно позволив голосу дрогнуть.
"
"– Я понимаю, но требования, – прервал меня бургомистр, разведя руками в примирительном жесте. – Я постараюсь ускорить данный процесс, но увы не все в моих силах.
– Но… где же мне и моим дочерям жить, – всхлипнула я, медленно поднимаясь с удобного кресла, обитого зеленым бархатом.
– Вы можете снять номера в таверне, – произнес мужчина, и в его голосе появились более теплые нотки. – Я дам распоряжение, и мой секретарь подскажет адреса приличных заведений. Или снять домик, правда, на окраине города… хотя для баронессы там… скромно.
– Нет, у меня дочери на выданье, и жить в таверне, значит погубить их репутацию, – отказалась я, гордо расправив плечи и одарив бургомистра безупречно светской улыбкой. – Мы поедем в столицу и будем смиренно просить об аудиенции его величество. Полагаю, он не откажет внучке той, что в свое время была близкой подругой его покойной матери.
Я сделала эффектную паузу, давая собеседнику возможность осознать значимость этой информации.
Бургомистр, как и ожидалось, заметно напрягся, а его пальцы, до этого небрежно поигрывавшие печаткой, замерли.
– Кстати, я выкажу ему свое восхищение, – продолжила я с той же обезоруживающей улыбкой. – Разрешить выращивать кубран – это очень рискованно, ведь многие его советники были категорично против. Хотя настой из этого весьма опасного растения в небольшом количестве избавит от желудочной хвори.
В кабинете на мгновение повисла звенящая тишина.
