Несостоявшийся граф

– А бойня, которую вы устроили в городе?

– Когда? – картинно удивился Дмитрий.

– Вчера, – ледяным тоном пояснил граф и, предвидя очередной вопрос, добавил: – В Кронверкском переулке.

– А что там случилось?

– Не валяйте дурака! – взорвался Михаил Тариэлович. – Там найдены три трупа с огнестрельными ранениями.

– Ну, во-первых, меня там не было. Во-вторых, я уверен, что при жизни покойные находились под надзором полиции.

– Это не дает вам права на бессудные расправы!

– А в-третьих, – невозмутимо продолжал подпоручик, – из положения тел совершенно очевидно, что они перестреляли друг друга.

Полагаю, между ними произошла ссора или что-нибудь в этом роде.

– Откуда вам это известно, вас же там не было? – с явным сарказмом в голосе осведомился министр.

– Как говорили наши предки, слухами земля полнится.

– А про убийство господина Крашенинникова в Рыбачьей слободе ваши предки ничего не говорили?

– Староверы – страшные люди! – пожал плечами Дмитрий. – Никогда не знаешь, чего от них можно ожидать.

– Не паясничайте, – поморщился Лорис-Меликов.

 – Околоточный, несмотря на свой испуг, довольно точно вас описал. Но это еще не самое страшное. Гораздо хуже, что по Петербургу ходят слухи о некоей «монархической священной дружине», занимающейся физическими расправами над противниками самодержавия.

– А разве это плохо?

– Что вы имеете в виду? – удивился министр.

– Да так, ничего. В вас бомбами кидают, стреляют, ножами режут, а вы занимаетесь кроткими увещеваниями. Я немного пообщался с этими людьми и могу сказать, что большинство из них не пугает ни арест, ни суд, ни каторга.

– Ваше сиятельство, не задавайте неудобных вопросов, не получите уклончивых ответов. Наказание должно быть неотвратимым, и они его получили.

– С последним утверждением я не могу не согласиться, но все же наказание должно следовать за преступлением, а никак не предшествовать оному. К тому же приговор должен выносить суд, взвесив предварительно все обстоятельства дела. И если мы откажемся от законной процедуры и докатимся до самосудов, это будет означать лишь одно.

Мы проиграли!

– В таком случае у вас нет шансов.

– Может, и так. Но я принял решение и настоятельно требую, чтобы вы остановились. К тому же, насколько я понимаю, ваше чувство мести удовлетворено?

– Не совсем. Двоим участникам покушения все же удалось улизнуть, но это не так важно. Они лишь пешки. Тупые исполнители. А мне хотелось бы добраться и до организаторов.

– Вам известны имена этих людей? – насторожился министр.