Несостоявшийся граф

Госпожа бывшего жениха стойко проигнорировала, а вот горничная хоть и строжилась, но все же нашла нужным ответить:

– И вам здравствуйте, Дмитрий Николаевич, – сухо сказала она, высоко вздернув при этом свой маленький носик.

– Какая неожиданная встреча, не правда ли? – улыбнулся он самой открытой и честной улыбкой, которой только смог.

– Видимо, для кого как, – не удержалась баронесса и строго глянула на Машу.

– Люсия Александровна, – начал Будищев.

– Вот как! – издала нервный смешок барышня. – И чем же, позвольте спросить, этот день отличается от всех иных?

– Тем, что в другое время у нас такой возможности может и не быть, – терпеливо продолжал Дмитрий, после чего обернулся к горничной и попросил: – Машенька, вы не оставите нас на пару минут?

– Вот еще, – вспыхнула Люсия и строго сказала: – Мария, не вздумай никуда уходить!

Надо сказать, что любопытная девица и сама никуда не собиралась, но несносный Сердар вдруг схватил ее зубами за полу мерлушковой шубки, совсем недавно подаренной госпожой, и потащил в сторону.

– Предатель! – возмутилась мадемуазель Штиглиц и даже топнула ножкой, но собакен не обратил на ее неудовольствие ни малейшего внимания.

– Люся, давайте все же поговорим, – улыбнулся в усы подпоручик.

– Я не желаю с вами беседовать, а если вы не оставите меня в покое, я буду кричать!

– Неужели я вдруг стал вам настолько противен?

– Вы… вы… вы – негодяй!

– Вам и самому это должно быть известно!

– Вы только притворялись, что любите меня, а сами намеревались продолжать связь с этой вашей, как ее, Гедвигой, Гесей, не знаю.

– С чего вы это взяли?

– А разве вы не пошли на подлог и не освободили ее из тюрьмы?

– Вот оно что, – понимающе хмыкнул Дмитрий. – А вы полагаете, лучше было бы оставить беременную женщину в заключении?

– Так это правда! – еще больше возмутилась баронесса.