Несостоявшийся граф

 – Ишь, что ироды понаделали! Это же рази можно так с людями? Дайте-ка мне это, неча вам мундир пачкать.

– И тебе не хворать, – усмехнулся хозяин. – Как поживаешь?

– По-всякому, – не стала плакаться потерявшая место прислуга. – Мир не без добрых людей, помогли.

Выглядела она гораздо хуже Марфы. И одежда поплоше, и лицо не такое довольное, но прежде всего в глаза бросались ее руки, красные и натруженные. Судя по всему, женщина, чтобы прокормиться, подалась в прачки.

– С тобой Гедвига тоже не рассчиталась? – спросил Дмитрий.

– Да когда ей? – пожала плечами Домна. – Нам хоть собраться дали, а ее под белы руки и поволокли.

– И много задолжала?

– Так за последнюю неделю.

– Держи, – протянул ей пятерку хозяин.

– Да много это, Дмитрий Николаевич, – отказалась кухарка. – Тем более что неделя-то неполная вышла. Вы меня лучше назад возьмите.

– Бери-бери, – вложил ей в руки купюру Будищев. – Тут порядок еще наводить и наводить, продуктов опять же купить надо. Короче, не долби мне мозг, и без тебя есть кому.

– Вот спасибо, – обрадовалась женщина. – Без места-то простому человеку худо. Да вы и сами, поди, знаете.

– Это да, – кивнул головой подпоручик, – я вот другого не знаю. Жандармы ничего не говорили, за что Гедвигу забрали?

– За что забрали, врать не буду, не знаю. А только в последнее время вокруг Геси вашей много разного народа крутилось. Все коробки какие-то приносили, потом уносили. Не тяжелые, но и не особо легкие. С бумагами, наверное, а может еще с чем.

– Так вы сами, Дмитрий Николаевич, ее так называли, когда думали, что никого рядом нет. Опять же, наружность у нее, как ни крути, жидовская. Мы, правда, думали, что она из выкрестов, но то опять же не наше дело. В конце концов, жиды тоже люди, а плохого мы не от вас, ни от нее не видели.

Третьим квартиру Будищева посетил полицейский, очевидно вызванный дворником Ахметом.

– Здравию желаю вашему благородию, – рявкнул он, отдавая честь.

– Ефим? – удивился Дмитрий, узнав в городовом своего старого знакомого.

– Так точно, господин подпоручик!

– Не тянись, мы вроде не чужие люди.

– Э, нет, Дмитрий Николаевич, вы теперь в чины вышли, так что запанибрата никак нельзя!

– Ладно, как знаешь. Ты зачем приперся?

– Да как сказать, вашбродие, – помялся Ложкарев. – Не положено печати полицейские самовольно снимать.