Несостоявшийся граф

Ехали бы, не мозоля глаза окружающим, в простых экипажах впереди и сзади царского кортежа, а в случае чего всегда рядом есть вооруженные люди. Или проследить за кем, если понадобится такая надобность.

– Эта идея выглядит остроумной, но где же их взять? Разве что переодеть в партикулярное платье несколько нижних чинов?

– Точно нет! На них же сюртуки и шляпы будут сидеть, как на корове седло. Тут вся фишка в том, что люди должны выглядеть естественно, чтобы не бросаться в глаза потенциальным клиентам.

– Так отчего же не одеть их по-простонародному в армяки и картузы?

– Угу, и отправить в таком виде изображать случайных прохожих на Невский или в Царское Село!

– Н-да, чувствую, достанется мне от Лорис-Меликова за ваши идеи на сегодняшнем докладе!

– Так давайте я схожу к нему, в чем проблема?

– Нет, что вы, я сам! – сразу напрягся Кох, в глубине души подозревавший, что навязанный ему прыткий подчиненный желает его подсидеть.

С первого же дня службы на новом месте Будищев заявил, что охрана царского выезда осуществляется из рук вон плохо.

То есть бронированная карета и гарцующие казаки из собственного его величества конвоя это, конечно, хорошо, но для защиты первого лица государства совершенно недостаточно. Ни кучер, ни сидящий рядом с ним унтер огнестрельного оружия не имели. Винтовки конвойцев висели за спиной, а под руками были только шашки с кинжалами, да еще нагайки.

По сути, обычно к бою был готов только капитан Кох, следующий за каретой императора на собственных санях или пролетке, да и то весьма условно, так как имел скверную привычку забывать о револьвере, хватаясь чуть что за саблю.

Порядок этот был, что называется, освящен веками, и никто ничего не хотел менять, но не тут-то было.

Для начала Дмитрий потребовал, чтобы в кортеже было не менее трех одинаковых экипажей, причем, в каком именно окажется император, никто заранее знать не мог. В двух других должны были расположиться вооруженные стражники, готовые в любой момент начать действовать.

После этого попытались встать в позу офицеры гвардии, дескать, мы охраняем священную особу государя, а не подставную карету с его охранниками, но единственным последствием этого демарша было предложение недовольным выбрать себе иное место службы. После чего фронда волшебным образом прекратилась. Так что теперь, когда царь отлучался из Зимнего дворца, его безопасность можно было считать более или менее удовлетворительной.