Несостоявшийся граф

– Нет, вы только посмотрите, как нам их благородие горбатого лепит! – покрутил головой улыбающийся Тихон, в голосе которого уже появились нотки сомнения. – Ну, давай, базлай дальше, а мы тебя послушаем.

– А что мне с вами разговаривать? – хмыкнул Будищев. – Вот на том свете встретимся и поговорим, а случится это очень скоро.

– Я покуда помирать не собираюсь!

– А тут уж не твоя воля. Сидел бы на жопе ровно и не отсвечивал, глядишь, никто бы тобой и не заинтересовался. А теперь тебя точно удавят, ни те, так другие!

– Что ты гонишь, фраер.

– Ты что, газет не читаешь?

– Да просто возьми любую, в которой про покушение на государя написано, да прочитай, кто его спас!

– Было такое, – вмешался один из уголовников. – Какой-то флотский подпоручик злодеев пострелял.

– Ты что, читать научился? – удивленно спросил Щербатый, глядя в тупые глаза подручного.

– Нет, конечно, – пожал тот плечами, – просто слышал, как один грамотей вслух читал, да ненароком запомнил.

– Твою ж мать! – только и смог выдавить из себя мгновенно протрезвевший Тихон.

В этот момент в ведущую наружу дверь кто-то забарабанил, да так часто, будто снаружи начался пожар или еще какое бедствие.

– Кого там нелегкая принесла? – скривился главарь.

– Может, от господ Прохор… – предположил один из бандитов, но тут же получил кулаком в бок.

– Попридержи помело! – грозно рыкнул на него Щербатый.

Сквозь зимнюю одежду удар вышел не слишком чувствительным, но, по всей видимости, обидным, потому что уголовник вздумал возражать, показывая на пленника:

– Он все одно уж никому ничего не скажет!

– Я сказал, завали хлебало! – вызверился атаман, после чего велел открыть дверь и узнать, что случилось.

– Вот так они и полиции тебя сдадут, – посулил все еще висящий на балке Дмитрий. – Распустят языки, где не надо, и амба!

– Ничто, укорочу, – отмахнулся тот, бросив на пленника недовольный взгляд.

К счастью, никакого пожара снаружи пока не случилось, а стучала в дверь Лаура.

– Тишенька, – затараторила она, когда ее впустили. – Там извозчики свару затеяли. Того и гляди мебелью драться начнут, еще поломают, окаянные!

– Мне-то что с того? – недовольно зыркнул на подружку Щербатый.

– Так ведь, если большая драка начнется, непременно побитые будут, а там следом и полиция заявится.