Главное, что наши реакторы продукцию выдают, лаборатория по второму кругу проводит испытание изделий на температурную и химическую стойкость, дней через десять инструментальный цех первые пресс-формы изготовит."
"— Странно, — задумываюсь я, — надо будет поинтересоваться, кому документацию передали, наверное не поверили, что такое возможно, решили сами синтезировать эластомер.
— Зачем? — Удивляется супруга. — Схему реакторов предоставили, режимы синтеза тоже описаны, даже образцы в нужном количестве послали. Мало будет, еще сделаем, исходного сырья хватает.
— Мало ли чего им прислали, надо же убедиться, что все условия синтеза нового синтетического каучука — правда, а не плод чьего-то больного воображения. А если удастся что-то нащупать еще, во время проведения экспериментов, то почему бы не протянуть руку помощи молодому химику, в качестве соавтора?
— Это вряд ли, — хмыкает Катя, — мне уже удалось убедиться, что изменение режимов синтеза резко снижает выход эластомеров. Изменить химию процесса возможно, но суть останется той же, так что на этом себе имя не заработаешь.
— Но некоторые товарищи об этом не знают, — возражаю я, — представь себе, что перед тобой труд какой-то там заштатной лаборатории, которая нащупала путь синтеза вещества с уникальными свойствами. Разве тебе не захочется пройти тем же путем и посмотреть, что произойдет при изменении режимов синтеза, вдруг да случится такое, что удастся получить что-то гораздо более востребованное на данный момент?
— Мне нет, — улыбается Катерина, — а другим, возможно да.
Но разве можно их за это упрекать? У них ведь нет под боком такого гениального химика как у меня.
— Э-э… — завис я, — слово «гениального» обязательно?
— Хорошо, «гениального» не произносим, — соглашается она, — меняем на «выдающегося», пойдет?
— Как-то нескромно, — морщусь от такой замены слова, — давай просто химика, хотя я и химик-то постольку поскольку.
— Да, да, — машет Катя рукой, — скромность нас украшает, а нескромность наоборот. Тебе не кажется, что с твоими способностями ты достоин лучшего к себе отношения?
Вот тебе бабушка и Юрьев день.
Раньше я за Екатериной таких мыслей не замечал. В этот день между нами впервые пробежала кошка, я долго пытался втолковать супруге, что мы живем более чем хорошо, нужды не испытываем, достаток имеется, даже ее мать с сестрой ни в чем себе не отказывают. Да, немного напряженно с культурой, но сейчас война, когда она закончится, жизнь начнет меняться, пусть не сразу, но в конечном итоге.
