— Ладно, как бы не были хороши новые бомбардировщики красных, все одно им нечего будет противопоставить реактивным Мессершмиттам, — думал Герхард, — если посты слежения не подведут, достанем их, ведь потолок истребителя заявлен в одиннадцать километров, а скорость больше восьмисот километров в час, некуда будет им деваться."
"Но сначала на фронте пришлось встретиться не с бомбардировщиками, а с противостоящей им истребительной авиацией русских. Все как в старые добрые времена, только на этот раз, явное техническое превосходство было на немецкой стороне.
Впрочем, после нескольких вылетов на задание, Баркхорн понял, что далеко не все так радужно как ему представлялось в начале и все дело в том, что бой велся как правило на низких высотах, до трех тысяч метров, а там Ме-262 было неуютно. Да, истребитель обладал большой скоростью, что давало ощутимое преимущество, но одновременно служило и проклятием, ибо на таких скоростях не оставалось времени для поражения цели, она находилась в прицеле около двух секунд, чего было явно недостаточно.
Снижать же скорость было нельзя, так как тогда они сами становились добычей, все же истребители противника при атаке с высоты достигали сопоставимых скоростей.
И еще одна проблема, русские широко использовали зажигательные патроны, и даже попадание одного из них в Ме-262 приводило к печальным последствиям, ведь для увеличения дальности действия в перехватчик установили дополнительные баки с горючим. По этой причине в воздушных боях первой группы 25-ой истребительной эскадры произошел банальный размен русских бомбардировщиков, на новейшие реактивные перехватчики люфтваффе, и такое положение дел подействовало отрезвляюще.
Что касается русских истребителей, то связываться с ними категорически не рекомендовалось, слишком неудобной целью они были, хоть в скороподъемности они уступали, но не настолько уж и значительно, а маневренность была явно их козырем.
Ну ладно, это можно было пережить, ведь реактивный перехватчик создавался вовсе не для действий против истребителей противника, а против стратегической бомбардировочной авиации англичан и американцев, которые действовали на большой высоте.
Но встречу с дальней авиацией русских тоже нельзя было отнести к удачной. В тот день он со своим напарником дежурил на аэродроме, где-то в районе двенадцати часов поступило сообщение от наземных станций, что в сторону Бреслау на высоте семи тысяч метров со скоростью шестьсот километров в час движется группа самолетов.
