Возмущение было столь велико, что он в раздражении отдал команду этих женщин срочно арестовать и примерно наказать, чтобы другим неповадно было. Причем все это минуя заводской отдел НКВД, как он тогда сказал:
— Нечего тут рассусоливать, не надо в таких случаях мягкость проявлять.
Но вот прошло уже около месяца, а дело так и не продвинулось. В чем причина?
— Надо узнать, почему тянут с работницами завода? — Задался он вопросом, готовясь к вечернему заседанию, — следователь нерадивый попался или там еще какие обстоятельства нашлись.
Заседание сразу пошло как-то вяло, без огонька. Так-то следователей можно понять, над ними план по раскрываемости дамокловым мечем висит, вот они и берутся за те дела, над которыми сильно корпеть не надо, а те, что посложней откладывают на потом, от того и раскрываемость по сложным делам страдает.
— В общем так, — наконец сдался подполковник после переливания из пустого в порожнее, — мелкие дела переквалифицировать в административные правонарушения, список мне, я подпишу.
И кто ведет дело о распространении панических слухов на иркутском авиационном заводе?
— Я, — поднял руку Круглов.
— Почему дело до сих пор не передано в суд?
— С уликами беда, — потупился следователь, — круговая порука на заводе.
— Как это, «круговая порука»? — Удивился Хайлов и тут же повысил голос. — Какая может быт круговая порука, если сигнал поступил? Или вы никого не опрашивали?
— Почему не опрашивали? — Нахохлился Круглов. — Допрошено четырнадцать работниц, которые работали с подозреваемыми, но все отрицают сам факт обсуждения этой темы.
— Ерунда какая-то, — полковник подозрительно смотрел на следователя и не мог взять в толк, как такое могло быть, — так если факты не подтвердились, почему дополнительно не опросили доносителя, не провели очные ставки?
— Доноситель выбыл на новое место работы, — скривился следователь, — в настоящее время устанавливается место его пребывания.
— Черт знает что творится, — возмутился подполковник, — а если это место пребывания будет полгода устанавливаться, они будут эти полгода в следственном изоляторе сидеть?
В ответ только недоуменное пожимание плечами.
"
"— Готовьте постановление на прекращение дела «за недостаточностью улик», я подпишу, — распорядился Николай Степанович, — и вообще дела подобные этому прекратить, у нас и так многие в изолятор мечтают попасть, а что, хоть и не сытно, но кормят и крыша над головой.
