Неукротимая красавица

Ранее ей казалось, что все крупные города похожи друг на друга, но Париж был особенным. Теперь ей стали понятны слова французского монарха, решившего покончить с религиозными войнами, когда он перешел из протестантизма в католичество: «Париж стоит мессы».

Катриона предполагала остановиться у дядюшки Дэвида, проживавшего в тридцати милях к юго-востоку от Парижа, неподалеку от королевской резиденции Фонтенбло. Когда они оказались на окраине города, Найл объяснил кучеру, по какой дороге следует ехать, а сам поскакал вперед, чтобы предупредить Дэвида Лесли де Пейрака о скором прибытии его племянницы.

День уже начинал клониться к вечеру, когда кавалькада въехала во двор замка Пети-Шато. Не успели конюхи спрыгнуть с лошадей, как два ливрейных лакея подскочили к карете, открыли дверцу, опустили складные ступеньки и помогли Катрионе ступить на землю. Из толпы встречающих вышел элегантно одетый джентльмен. Если бы в нем не просматривались черты ее матери, Катриона ни за что не признала бы своего дядю.

– Катриона! Добро пожаловать во Францию! – поприветствовал он племянницу и расцеловал в обе щеки.

Затем мсье Лесли де Пейрак вытянул из толпы высокую темноглазую женщину и представил ее:

– Знакомьтесь, это твоя тетя Адель.

Катриона присела в реверансе, а хозяйка ей улыбнулась.

– Добро пожаловать в Пети-Шато! Мне весьма жаль, что ваш визит будет столь краток.

– Чепуха! Катриона может жить у нас сколько пожелает.

– Увы, я действительно ненадолго, дядюшка.

– Тебе вовсе не нужно ехать для этого в город, – сказала Адель. – У меня есть великолепная портниха, и завтра утром я за ней пошлю.

Хозяйка ухватила Катриону под руку и чуть ли не насильно повела по главной лестнице в замок. Как только дверь за ними закрылась, Катриона вырвала руку из тетушкиных пальцев и, повернувшись к ней лицом, резко сказала:

– Очень хорошо, тетушка, давайте поговорим.

– Что же, это вполне разумно, – усмехнулась Адель де Пейрак. – А теперь быстро говори, зачем приехала во Францию. Надеюсь, ты не собираешься теперь, когда твой сын женился, обосноваться у нас?

Катриона ушам своим не могла поверить – не иначе эта женщина тронулась умом!

– Боже мой, мадам! Почему вы вдруг решили, что я захочу жить у вас?

– Не надо сердиться, дорогая, – примирительно сказала Адель.