Неуловимая невеста

Если его не будет с Эмили, он начнет отвлекаться, не сможет принимать необходимые решения, так что нет смысла бороться с собой.

За ними следовала Доркас с корзинкой в руке. Ее охранял Маллинс. Вспоминая все, чему стал свидетелем на шебеке, Гарет заподозрил, что тут назревает роман, но был рад обществу Маллинса. Тут же крутился Бистер, иногда забегая вперед, иногда отставая, в своей обычной роли разведчика.

Они без труда нашли рынок, следуя на шум и запахи. Некоторые были весьма соблазнительны, другие меньше, но как только они добрались до площади и растворились в громкой, постоянно двигающейся толпе, все отдельные ароматы слились в одно большое рыночное попурри.

Хотя им не нужны были продукты в обычном смысле, они договорились, что в дороге не станут останавливаться на обед, а поедят прямо в экипажах. Обойдя лотки со свежими фруктами, Эмили купила мешочек с хрустящими яблоками, другие фрукты и овощи, а также несколько разных сортов орехов.

Пока Доркас укладывала покупки в корзину, Эмили спросила Гарета:

— Не видишь, на каких лотках продается копченое мясо и сыры?

Гарет, подняв голову, огляделся и увидел лотки у дальней стены.

Не успев сообразить, что делает, он схватил Эмили за руку и прошептал:

— Там впереди «кобры». Мы пойдем назад, а потом обойдем их стороной.

Она встретилась с ним взглядом, кивнула и спокойно приказала Доркас и Маллинсу развернуться.

Провожая Эмили к лоткам, Гарет ни на секунду не ослаблял внимания. Бистер отошел проверить, есть ли на рынке другие служители культа.

Эмили торговалась, присмотрев два прекрасных окорока, когда вернулся Бистер.

— Только эти двое, — мрачно объявил он. — Будь они поумнее, сняли бы черные тюрбаны, но нет! Впрочем, для нас так лучше.

Гарет пробурчал что-то неразборчивое. Если бы «кобры» сняли тюрбаны, ему и его людям грозила бы большая беда.

Они провели на людном рынке еще с полчаса, после чего, нагруженные окороками, головками твердого сыра, фруктами и овощами, покинули рыночную площадь и направились по узким улочкам к гостинице. Эмили чувствовала себя усталой и эмоционально измотанной. Ей хотелось одного — найти облегчение… освобождение.

Эмили искоса взглянула на Гарета.