Неуловимая невеста

Мы видели их, но не думаю, что они видели нас. Хорошо бы так было и впредь.

Эмили быстро огляделась и не запротестовала, когда жесткие пальцы Гарета сжали ее локоть. Им нужно было пройти через весь рынок, чтобы вернуться в свое пристанище.

— Вы нашли шхуну? — спросила она.

— Да. Нам повезло. Вечером отплываем.

Он постоянно рассматривал окружающих, готовый в любую минуту предпринять обманный маневр, если в поле зрения появится служитель культа. Сейчас они были чрезвычайно уязвимы. Мукту в своем национальном одеянии без труда растворялся в толпе, но европейцев здесь было очень мало, и он, Эмили, Бистер и Маллинс сильно выделялись.

И тут Эмили остановилась. Гарет еще крепче сжал ее локоть и попытался вести дальше. Но она уставилась на ряд лотков.

Присмотревшись, Гарет понял, что здесь продается местная одежда.

— Мы здесь чужие. Но если на нас будет арабская одежда, мы станем менее заметными, — продолжала Эмили.

— Вполне можно и обойтись… — Он встретился с ее полным энтузиазма взглядом. — Хорошо, давайте посмотрим.

Они направились в узкий переулок. В небольшой лавке продавались бурки — длинные женские одеяния, скрывавшие все тело с головы до ног и с прорезью для глаз. Она примерила бурку и мгновенно стала неотличимой от других женщин на улице.

— Великолепно, — пробормотала она. — Я все прекрасно вижу, но никто не видит меня!

Повернувшись, она сурово уставилась на хозяина лавки.

— Я беру это и… — Она показала на другую бурку. — И это. Сколько за обе?

Оставив ее торговаться, пораженный тем, как ловко она сумела замаскироваться, Гарет потребовал, чтобы остальные тоже нашли для себя одеяния, и подобрал для себя одно.

Объяснив хозяину, что вскоре следует ждать новых покупателей и что он должен показать им подобную одежду, они покинули лавку в арабских костюмах. Эмили изучала других женщин, стараясь вести себя так же, как они, и вскоре уже шагала позади Гарета, строго соблюдая определенное расстояние.

Остановившись на углу базара, Гарет повернулся к ней. Эмили восторженно заулыбалась. В своей широкой галабии поверх свободных шаровар, с длинным шарфом на голове и другим, обернутым вокруг талии, он как две капли воды был похож на пустынного шейха: человека опасной таинственной силы и невероятной чувственности.

Он снова пошел вперед, она покорно тащилась сзади, все еще счастливо улыбаясь.