Неуловимый граф

Меня просто потрясли простота и дерзость этого плана.

— Интересно, что подумали лорд Джордж и лорд Пальмерстон?

— Они мне ничего не говорили.

— Но вы, наверное, имеете некоторое представление.

— Если даже и имею, то, во всяком случае, не собираюсь сообщать об этом вам, — ответил граф. — Я отвезу вас домой, Калиста, и постараюсь сделать это как можно скорее, сразу же, как только смогу встать на ноги, и я совершенно уверен, что все это происшествие останется в тайне. — Увидев, с каким выражением она смотрит на него, граф воскликнул; — Боже милостивый, дорогая моя девочка! Не можете же вы разрушить всю вашу жизнь только из-за того, что вашей матери вздумалось поставить маленький, но эффектный спектакль, и выиграть таким образом пари на тысячу гиней!

Мгновение Калиста пристально, не отрываясь смотрела на него, потом встала и прошла через комнату к окну.

— Вы всерьез предлагаете, — спросила она каким-то сдавленным голосом, точно с трудом произнося каждое слово, — чтобы я вышла за вас замуж?

— Абсолютно серьезно, у нас нет другого выбора, — ответил граф.

— У нас с вами есть много общего, особенно наша любовь к лошадям. Думаю, вам интересно будет узнать о моих планах выведения чистокровных скаковых жеребцов из тех, что уже гуляют на моих пастбищах или стоят пока в конюшнях, и вы будете с удовольствием помогать мне в этом.

— С вашей поддержкой я смогу вывести новые, прекрасные породы. Вы будете воодушевлять меня, и, может быть, мне удастся даже вырастить лошадь, которая выиграет восемьсот шестьдесят две скачки, как Эклипс, или тысячу сорок две, как Царь Ирод!

— Да, это будет замечательное достижение! — тихо согласилась Калиста. — Хотя мне кажется, что вы столь же успешно можете вделать все это и без меня.

— Думаю, нам будет веселее заниматься всем этим вместе, — возразил граф. — И скажу вам честно, Калиста, что если уж я должен жениться, то лучше на вас, чем на ком-либо из тех, кого я встречал до сих пор.

— Благодарю вас, — ответила девушка. — Но вы знаете не хуже меня, что это не совсем то же самое, что любовь.

— Откуда вы можете знать, ведь вы еще никого не любили?

— Мы оба знаем умом, а может быть, сердцем, как это должно быть по-настоящему.