Тот, видя, что я не собираюсь пока вставать с его дружка, сквозь зубы процедил:
– Так!
Я вновь повернулся к представителю графа.
– Боюсь выдвигать обвинения в сторону Его сиятельства, но получается, что он у нас… – я посмотрел в глаза воспитателя барона, наполненные плещущейся там яростью, – лицемер и обманщик, то есть, человек не отвечающий за свои слова. Если это так, то в этом случае я не намерен дальше выполнять ранее взятые на себя обязательства, как и мой друг.
Если же это просто инициатива на местах, то готов обсудить предложения о компенсации! – видя, что человек, которого назвали мастером, не спешит отвечать на мои вопросы, я просто вытащил кинжал из ножен у своей скамейки и просунул острие между его ногами в районе мужского достоинства. – Итак, я жду… Или сам начну наказывать виновных! – почувствовав угрозу со стороны спины, быстро сказал: – И не надо дёргаться, Ушер. Твоё поведение, когда нас с бароном грабили, а по-другому я ваши действия назвать не могу, никакими оправданиями не смываются.
Мне плевать, чьи вы команды получали, но я вам говорю, и мои слова может подтвердить Шварц, о тех договорённостях, что мы заключили с его отцом, и что я абсолютно ничего не привираю. Итак, я жду.
Представитель графа со вздохом опустил плечи.
– Отпустите нашего друга, Ваша светлость, он уж точно ни при чём.
– Он попытался поднять на меня руку и едва не протянул ноги, к тому же, я никакая не светлость!
– Ну, вообще-то, я маркиз и личный друг Его сиятельства и так со мной может говорить только Император, и то… – он судорожно сглотнул, – он никогда себе такого не позволял.
– Но и вы по отношению к нему никогда такого поведения своего и своих подчинённых не допускали. Я прав?
Он коротко кивнул.
– Не допускали, – подтвердил он. – А наш друг больше не притронется к вам, если вы сами не разрешите, а отдохнуть и просто пообщаться мы можем и вон, на той прекрасной лужайке.
А заодно и обсудить, как мы можем компенсировать ваши потери, если, конечно, Ушер подтвердит, что они заработаны вами честно и без всякой помощи со стороны, а немного позже и поедим, хотя обед уже давно прошёл.
– Это у вас прошёл обед, – со вздохом сказал я, вставая с удобного сиденья и освобождая воина от паралича.
