Неужели снова ты?!

 — оставив меня на кровати, вышел из спальни.

Вера вернулась с тонометром и сразу стала мерить давление, пока Потрошитель нервно наматывал круги вокруг меня.

— Дим, сядь, голова кружится. — простонала я.

— Голова у тебя не от этого кружится. — заключила крестная Потрошителя. — У тебя давление пониженное.

— Это опасно? — насторожился Гордеев.

— Да нет, в принципе, особенно, если это единичный случай. Сделай ей сладкого чая, должно помочь. — наказала Вера и оставила нас наедине.

— Держи, зайка. — через несколько минут передо мной возник стакан с горячим напитком.

— Давай снимем, если неудобно? — погладил лодыжку. — Ты же потом все равно собиралась менять на другое.

— Угу. — сил было только кивнуть. Дима расстегнул молнию на спине и рвано выдохнул. Весьма провокационный комплект белого кружева предстал перед его глазами. М-да, это точно не сейчас…

— Малышка, — простонав, прижался к спине, — что же ты делаешь? Знал бы, разложил тебя здесь ещё несколько часов назад, пока ты себя хорошо чувствовала.

— пробубнил этот отчаянный. Потом собрался с силами и спустил ткань до конца. — Надень, пожалуйста. — протянул мне футболку.

Расправившись со свадебным одеянием, меня снова уложили на кровать. Дима сел рядом, у изголовья, и поглаживал мои волосы, пока я продолжала морщиться от боли в голове.

— Дим, ты можешь идти, чего сидеть. Я полежу и приду. — остановила его руку на волосах. Ещё он будет тут просто так торчать, мое состояние все равно от этого не изменится.

— Когда же я из тебя эту дурь вытрясу? — тихо рыкнул на меня. — Зайка, когда тебе плохо, я никогда никуда не уйду. — начал в сотый раз выговаривать мне. — Как минимум, потому что тебе в любой момент может резко стать хуже, а риск нам ни к чему. Как максимум, потому что ты для меня — самое важное.

— Полежишь рядом? — открыла глаза и сразу закрыла их рукой: солнечный свет слишком больно ударил по глазам.

— Так бы сразу. — ответил мне удовлетворённый бархатный голос.

Вторая половина кровати прогнулась, и я все ещё наощупь, не открывая глаз, приткнулась к своему Потрошителю.

— Малыш, что-нибудь ещё болит? — захватив меня в кольцо своих рук, спросил Дима.

— Тошнит немного, но не сильно. — я поглубже вдохнула запах, который действует на меня лучше воды с лимоном. — Я люблю тебя. — произнесла одними губами.

— И я люблю тебя, моя хорошая. — поцеловал меня в макушку. — Отдыхай, у нас ещё столько всего впереди.

— Привет.