Неужели снова ты?!

Чувства разрывали меня изнутри, тошнота подкатывала снова и снова, но на мое счастье, желудок уже был полностью пуст.

Руки безумно тряслись, я ощущала себя просто отвратительно. И резко стало легче, когда на плече я почувствовала руку Димы. Моего Димы.

— Пойдем посидим сзади. — мягко проговорил он. От бархата в его голосе все внутри снова перевернулось.

Он сел на заднее сидение и посадил меня на колени, лицом к себе. Я уткнулась ему в плечо и глубоко вдохнула свой любимый запах. Он успокаивал. Мне придется объясниться.

— Малыш, что случилось? Тебя укачало? — с неподдельной заботой в голосе спросил Дима.

— Нет. — я помотала головой и кашлянула.

— Мы опоздаем на работу. — тихо пробормотала.

— Боже, Злат, сейчас это не имеет ровным счетом никакого значения. — провел большим пальцем по щеке, а спустя несколько мгновений продолжил, — Так почему тебе стало плохо?

— Я перенервничала. — я не узнавала свой голос. Будто кто-то другой говорит, а я стою и наблюдаю со стороны.

— Почему ты перенервничала? — продолжил неспешно вытягивать из меня информацию.

— Я вспоминала, как я…а ты…а я… — голос охрип и срывался. Я толком не могла ничего сказать, потому что боялась снова спровоцировать приступ. Снова вдохнула его аромат.

— Ты был так заботлив ко мне, а я… а ты… а я… — продолжала я нести несвязное «одно и то же». — Дима в сотый раз стал стирать мои слезы, и тревога в его глазах отразилась в моем сердце сильным уколом, что привело к новому выплеску слез.

— Дим, — протянула я и всхлипнула.

— Да, моя зайка. — он был таким осторожным в этот момент.

— Прости меня. — окончательно сорвалась я. Вжималась в него словно сумасшедшая, намочила пиджак, рубашку слезами, шею испачкала тушью.

— Т-ш-ш. — продолжал он. Боже! Какая я истеричка. Как меня вообще земля-то еще не скинула?! Мысленно надавала себе отрезвляющих лещей. Прекращай ныть, Зарецкая! От тебя и так одни неприятности.

— Прости меня, солнышко. — взял мое лицо в руки и уверенно посмотрел, будто обволакивая коконом спокойствия.

У меня снова все перевернулось. Почему он такой? Такой… Слов подобрать невозможно, от того насколько этот человек важен для меня.

— Ну не реви, я же люблю тебя, дуреха. — увидел мою реакцию и пробормотал, — да, не вовремя я это сказал, ты же сейчас мне весь салон зальешь.

— Привстань. — наклонился в бардачок за большой упаковкой салфеток.