Неужели снова ты?!

— Дим, правда, спасибо тебе большое. — поддержала мама. — Она же ведь ничего не скажет, упёртая, будет молча пыхтеть. Вот как сейчас. — усмехнулась, поразив мое уязвлённое эго «в самое сердце».

— Злата очень многое значит для меня, не вижу иного пути, как защищать её. От неё же самой, хотя бы. — прищурился своим мыслям.

— Дим, я, честно, очень рада, что в жизни моей дочери появился ты. Будем очень рады, если ты как-нибудь приедешь к нам на ужин.

— Спасибо большое за приглашение. К сожалению, в ближайшее время никак.

Пока родители разбирались со своими вещами в багажнике, Дима перехватил меня и прижался лицом к волосам.

— Я не усну теперь без тебя, малышка. Неделя. Только неделя. — рвано вздохнул. — Завтра не смогу тебя забрать, приезжай к половине одиннадцатого. Пожалуйста, возьми такси. И не забудь, о чем мы сегодня говорили.

Спустя время мама вытащила меня на кухню и посадила перед собой:

— А теперь я хочу знать все-все.

— С самого начала? — жалостливо пропищала я.

— С самого. — кивнула мама.

— Ну, с чего начать. — в сотый раз я мысленно воспроизводила сцену из своей жизни. — Мы с Маринкой встретились на Лубянке. — и я снова начала рассказывать историю встречи Потрошителя.

— Ты его любишь? — спросила мама.

— Очень. Я никогда такого не чувствовала. Это просто вынос мозга. И он, его отношение ко мне, его поступки.

— Я счастлива за тебя, родная. Папе Дима тоже понравился, хоть он сейчас и не скажет об этом. Да и парень настроен серьёзно.

— Мам, он предложил переехать к нему. Ну как предложил… Дал мне неделю.

— Не быстро ли? Сколько вы знакомы? — прищурилась она и отпила чаю.

— С нашей первой встречи прошло чуть больше двух недель. У нас все слишком быстро. Так уж началось. — пожала я плечами. — Но несмотря на это, я полностью уверена в нем.

— Он довольно обеспечен, я так понимаю?

— Да, но ты же знаешь, я не стану спрашивать. У него успешная молодая компания, весьма дорогая машина, часы, костюмы тоже недешёвые. Чисто визуальные выводы. Да и не важно это. Боюсь, как бы наоборот меня это напрягать не начало.

— Главное, чтобы ты была счастлива, дочь. Я видела, то, как он на тебя смотрит. И сцену с ремнем тоже видела. Так выглядит только любящий человек, который готов костьми лечь, но сделать все.