Я всегда ищу больше топлива, потому что не вписываюсь в современную эпоху, которая высасывает из меня жизненные силы. Мы все должны время от времени мысленно перезаряжаться. Некоторые люди любят играть в гольф. Другим нравится смотреть футбол по воскресеньям. А я уезжаю в глушь и разбиваю себя на несколько дней подряд. Это была неожиданная возможность наполнить мой умственный бак до краев, а после нашего пиршества в День благодарения собака все еще жаждала объедков, поэтому мы с Кишем поехали на север, и в пятницу утром я коснулся линии залива и начал бежать на восток.
Я бежал два с половиной дня, мимо охотничьих караванов деревенщин и пьяных драг-рейсеров. Я бежал трусцой по обочинам гудящих шоссе, под гудящими линиями электропередач и кровавым закатным небом. Я пробирался через частные владения и пробирался через болотистые влажные леса, где обитали практически все дикие животные Флориды. Речь идет о гадюках, медведях, аллигаторах и двадцати разновидностях кровососущих насекомых.
Клянусь, я видел их всех. Это было чертово сафари по Флориде!
Когда до конца дистанции оставалось около тридцати миль, я бежал по обочине оживленного шоссе, и тут меня подрезал полицейский, мигнув своими роликами. С начала забега я не видел ни одного чернокожего, и, учитывая то, что я видел в Северной Флориде, я готовился к худшему, но этот белый коп встретил меня рукопожатием и радостной улыбкой. Он был моим фанатом, следил за моими успехами в Instagram и надеялся встретить меня.
После нескольких дружеских слов он включил сирену, разогнал море молний фар и стоп-сигналов и проводил меня через дорогу, где Киш припарковался и ждал с горячей едой. Затем он связался по рации со своими приятелями. Вскоре вокруг нас стояли три полицейские машины и четыре копа, которые фотографировали и снимали на камеру. Все они были очень вежливы и уважительны.
Однако мир таков, каков он есть, и не прошло и пяти миль, как по тому же шоссе рядом со мной прополз избитый до неузнаваемости пикап.
Я повернулся и взглянул на паренька на пассажирском сиденье, как раз когда он крикнул ""Ниггер!"".
Я покачал головой, пока они ехали дальше, но его невежество меня не волновало. Это была его проблема. На самом деле слово, которое, как он надеялся, ранит меня, отскочило от меня. Я был на пороге того, чтобы пробежать пятьсот миль в ультразабегах менее чем за шесть недель.
