Три года спокойствия и вот на пути друг Торвальда и каждый раз без сознания и в критическом состоянии.
Я приступила к лечению, подошла ближе к нему.
Взяла за руку, запуская заклинание диагностики. Если бы не лечила тогда Ройберга и Торвальда, я бы растерялась.
Но уже тогда всё, что происходило с мужчинами, было странным.
Но ведь это не мое дело — разбираться с тем, что произошло на войне. Что если сегодняшнее состояние — это отголоски прошлых лет?
Но тогда выходит, он не умирает, как об этом кричит вся диагностика.
Раны его обработаны и кое-какие особо рваные уже зашиты. Кровопотери есть, но незначительные.
Что тогда убивает дракона?
Я решила действовать, как тогда. Каждый момент был на вес золота, и я не могла терять ни секунды.
Вызвала внутреннюю силу и сосредоточилась. Вытягивая руки над Кристофером, я начала произносить заклинания.
Мой голос дрожал, но я продолжала, чувствуя, как энергия начинает течь через меня. Магия начала обволакивать тело Кристофера, и я почувствовала сопротивление его драконьей сущности.
Это было как борьба с сильным течением реки, но я не могла позволить себе остановиться.
Я начала использовать всю свою силу, направляя её в одно русло — усыпить дракона внутри.
Каждое слово заклинания отдавало эхо в стенах палаты, и я видела, как тело Кристофера начинает расслабляться. Его дыхание стало ровнее, и я поняла, что заклинание действует. Но это было только начало.
Я направила свою магию глубже, к самому сердцу его сущности. Чувствовала, как магия смерти медленно отступает, уступая место моей магии жизни.
Это было невероятно сложно, но я продолжала, сконцентрировавшись на своей цели.
А потом я увидела, что на его лице проступила костяная маска.
Что это? Разве такое возможно?
Я потеряла концентрацию, обернулась через плечо, смотря на охранника принца. Заметил ли? Не похоже…
Дракон стоял, широко расставив ноги, сложив руки на могучей груди, смотрел из-под лобья за каждым моим шагом.
Он пугал.
Но страх от того, что увидела на принце, был сильнее.
И мне казалось, что об этом никто не должен знать. Тем более в этом госпитале на периферии. Дела принца, как и его диагноз и болезнь, должны держаться в секрете.
Повернулась на трясущихся мужчин и поняла, что совсем не доверяю им.
Уж как они пользуются мною, так не преминут воспользоваться и тайнами наследника. А у нас тут граница недалеко. Конечно, не человеческий Лаос и не Аравис, но мало ли.
И война всего три года как отгремела.
А ещё многих можно купить.
