Я думала, дети испугаются, ведь черты Торвальда тоже изменились, стали ещё более хищными, руки стали больше, а вены на руках стали подсвечиваться красно-оранжевым светом, словно под кожей у него лава. Даже цвет кожи стал другим, с лёгким красноватым оттенком.
Но нет. Они не боялась.
И кто же Торвальд теперь? Я склонила голову к плечу, наблюдая за второй сутью бывшего.
Химера следила за хищником перед нами.
А Торвальд всё водил руками по их тёмным макушкам. А потом он отстранился от детей, чтобы заглянуть в их настоящие лица.
Слышала, как глубоко он дышал.
Их запах снова изменился. Дети выглядели растерянными. Они переглядывались. Химера мне говорила, что они чувствуют родство. Маленькие звери никогда не видели перед собой отца, и на интуитивном уровне сбросили с себя маскировку.
Я не могла смотреть на это. Меня пробивало на эмоции. И как бы зла ни была на Торвальда, слеза всё равно скатилась из уголка глаза. Из-за его упрямства и желания решать все кардинально мы столько упустили.
— Они… они похожи на меня, — прошептал он, не веря своим глазам. — Мои дети.
Он шептал и шептал, обнимал их, целовал в щеки.
Я смотрела на эту сцену, сердце сжималось от боли и радости одновременно. Торвальд, сильный и властный, сейчас не мог сдержать своих слёз. Он обнимал наших детей, прижимая их к себе, словно боялся, что они исчезнут.
Я стояла рядом, не в силах дышать. Слёзы сами собой покатились по моим щекам. Впервые я видела его таким, и это зрелище тронуло меня до глубины души.
— Спасибо, — прошептал Торвальд, посмотрев на меня. — Спасибо за них.
Я не могла ответить. Моё сердце было переполнено эмоциями, и я просто кивнула, чувствуя, как слёзы продолжают течь по моему лицу.
А ведь я не хотела, чтобы он говорил, что их отец. Но, похоже, животные инстинкты расставили всё на свои места.
Дети ещё какое-то время прижимались к Торвальду, а он, словно боясь их отпустить, крепко держал их в своих объятиях. Я стояла рядом, чувствуя, как мои сомнения и тревоги медленно растворяются в этом трогательном моменте.
— Мама, а этот… дядя… от него так пахнет…
Я кусала губы. Смотрела в глаза сына. Врать? Нет, я не хочу, только не сыну. Пришлось смириться. Торвальд тоже смотрел на меня и ждал моего ответа. Давал возможность принять решение.
— Это ваш… папа, — выдохнула я. Сама отвернулась и быстро стерла влагу с лица.
— У нас тоже есть папа?! Так он не погиб на войне?! — радостно и непосредственно воскликнула Сара.
