Тот выдохнул. Я разметила Мариссу на кровати, укрыла ее. Повернулась в бывшему.
Он был каким-то осунувшимся, с щетиной, словно выцвел весь. Я чувствовала его внутренне горе и пустоту.
— Ройберг. Он мертв.
И тогда я поняла все. Ведь я тоже знала его.
— Боги! — я зажала рукой рот. — Но как? Так Марисса его супруга?
Но ответы мне не нужны были.
— Он перешел третью ступень сдерживания.
— Ты о рунах?
— Да.
— Но неужели он мертв?
— Да. Мы с Крисом поставили печати, если с одним из нас что-то случится остальные будут в курсе.
Мысль о том, что Торвальд может не выдержать и просто «сгореть», душила меня. Я не хотела, чтобы с этим сложным мужчиной что-то случилось, чтобы мои дети плакали, не успев познать отцовской любви, а я бы билась в раздирающей душу агонии.
Я могла ненавидеть его. Я могла злиться. Но я делала это только потому, что этот упрямый дракон был жив. Пусть он руководствовался лучшими мотивами, раня меня, прогоняя. Но он хотя бы был жив.
Я совершенно точно знала, что с Торвальдом не должно произойти ничего подобного.
Я приложу все силы, чтобы так и было.
Это был неосознанный порыв. Я обняла его за торс. Торвальд зарылся в мои волосы. Мы так и стояли посреди палаты, не в силах оторваться друг от друга. И только спустя какое-то время я спросила:
— Как дети?
— Хорошо. Мадам Крум с ними. Люди Даррена тоже присматривают за домом. Я пришёл за вами сразу после этого.
— Хорошо. Только мне стоит эту ночь провести здесь. Боюсь, что никто больше не выживет, если феникс снова выйдет из-под контроля, — я усмехнулась, уткнувшись в его грудь.
— Или тогда тебе придётся восстанавливать ещё один корпус.
— Как ты можешь выдержать такой огонь? — Торвальд обеспокоенно отстранился, бережно взял меня за подбородок и вгляделся в мои глаза. Я приоткрыла завесу. Теперь на него смотрела моя химера. — Я хочу посмотреть на тебя. Это просто невероятно.
— Боюсь, что напугаю тебя.
— Неправда. Ты восхитительна в любом обличии. Я уверен, что ты самая красивая из химер.
Я тихо рассмеялась.
— Ты видел их? В детских сказках они те ещё красавицы.
— Ты самая красивая из них.
Не знаю, сколько бы наш флирт продолжался, но мой желудок решил напомнить, что я голодна. Химера недовольно заворчала.
— Я сейчас принесу тебе одежду и еду. Там за дверью есть душевая.
Мне была приятна его забота. И теперь после всего того, через что на моих глазах прошла Марисса я многое поняла и приняла для себя.
