Впрочем, не только меня, но и всех нас, преданных Церкви.
– Нет, – донёсся до меня негромкий ответ епископа, но было заметно, что на мгновение он заколебался, видать, и у него хватало болячек. Освальд обиженно скуксился и потемнел лицом. Тем временем епископ приказал: – Готовьте костёр! Прямо тут, подле позабытых лжебогов, коим всё ещё кто-то поклоняется. Сим демонам нет места в истинной вере. После того как отступница сгорит, разрушить статуи до основания!
Никто у меня ничего не спрашивал, а я и не пыталась открыть рот – всё бессмысленно, приговор вынесен и обжалованию не подлежит.
Унижаться и умолять о пощаде, даже не подумала.
Пока святоши собирали хворост, меня связали и усадили у какого-то куста, и оставили одну.
Боялась ли я? Безумно! Умирать так-то неприятно, а уж во второй раз… Да ещё в огне… Сердце ухало в груди, мочевой пузырь сжимался от ужаса, но я держалась. Не дам им увидеть свой страх, не позволю им торжествовать!
Иногда время тянется, как резина, но сегодня, увы, оно летело со скоростью света, и вот, я даже глазом моргнуть не успела, а место казни уже готово.
Меня поволокли к неширокому стволу свежесрубленного деревца, который вкопали на краю поляны, прямо напротив камня с ликом богини Геи.
Верёвки впились в запястья и лодыжки, жёстко фиксируя моё тело к шершавой коре. Священники деловито укладывали остатки хвороста вокруг, методично выстраивая погребальный костёр для живого человека.
Уж лучше бы сначала прикончили, изверги!
Ветер усилился, словно сама природа протестовала против готовящегося злодеяния. Глаза языческих богов будто ожили в неверном свете факелов, и, казалось, следили за происходящим с немым укором.
– Именем Господа нашего! – возгласил епископ, поднимая свой факел.
Первые языки пламени лизнули сухой хворост. Огонь диким зверем жадно набросился на подношение, стремительно пожирая ветки.
Ужас накрыл удушливой волной: я снова умру! Паника скрутила внутренности в тугой узел, сердце зашлось в бешеном темпе. Жаром дохнуло в лицо, дым заполнил грудную клетку, в горле запершило …
– Помогите! – сорвалось с губ отчаянной мольбой.
Пламя добралось до подола…
– Кто-нибудь!
Я закричала, уже не сдерживаясь!
Огонь лизнул ноги, запахло палёной плотью… Слёзы сами покатились из глаз, капая на костёр.
