– Вы мудрый человек, мастер Торвальд, – улыбнулся Максимилиан.
– Можешь воспользоваться моей мастерской и инструментами, если есть время и ты не спешишь на боковую, – вдруг предложил старик, он знал, что у ночного гостя есть своя лаборатория, но, откровенно говоря, Торвальду страсть как хотелось поучаствовать в процессе.
– Не спешу. С удовольствием, – понимающе блеснул глазами Грей.
Следующие несколько часов они провели за работой. К рассвету первая пара линз была готова.
– Теперь нужно правильно их закрепить, – удовлетворённо улыбнулся Макс.
– Расстояние между линзами критически важно. Слишком близко, и изображение будет размытым, чересчур далеко и фокус потеряется.
– Ага, понял. Тебе понадобится механизм тонкой настройки.
– Для его создания лучше всего подойдёт сплав серебра и нордхеймской стали, – кивнул молодой мастер с глазами старика.
Торвальд встал, прошёл к шкафу и со словами:
– У меня нет такого сплава, но имеется другой, ничуть не хуже, он достаточно гибкий, но при этом прекрасно держит форму, – вынул небольшой металлический стержень.
– Его можно взять за основу и создать приспособление для регулировки расстояния между линзами.
Когда первые лучи солнца коснулись окон лавки, базовая конструкция усовершенствованного микроскопа была готова. Это было ещё не окончательное решение, но важный шаг вперёд.
– Спасибо за вашу помощь, мастер, – Максимилиан бережно упаковал прототип и компоненты для дальнейшей работы в ткань и уложил в ящик. – Без вас это заняло бы гораздо больше времени.
– Приходи, когда закончишь, – старый ювелир проводил его до двери. – Я бы хотел увидеть, что в итоге покажет созданный тобой чудесный прибор.
– Обязательно, – пообещал Грей.
Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Сна ни в одном глазу, а значит, что можно отправиться к себе и соединить все компоненты вместе.
Глава 27. Ведьма, убирайся!
Тяжёлые облака нависли над городом, грозя в любой момент разразиться холодным, осенним дождём. Я торопливо шла по коридорам Королевской лечебницы, прижимая к груди папку с рабочими записями и зарисовками.
Пять дней кропотливой работы пролетели, как один миг, а через два дня к нам начнут поступать первые пациенты.
Войдя в кабинет, замерла на пороге. Внутри царил хаос: содержимое ящиков моего стола было вывалено на пол, колбы и пробирки разбиты, а записи, оставленные на столе вчера перед уходом, разорваны в клочья.
– Что за?!… – я не успела договорить, как за спиной раздались шаги.
