Кровать с высоким изголовьем шокировала размерами – куда больше двуспалки! Резной шкаф для одежды, письменный стол у окна, мраморный камин с позолоченной решеткой, на его полке стояли изящные часы в бронзовом корпусе. Обивка стульев и кресел в тон обоям: нежно-персиковые, с едва заметными золотистыми узорами. В воздухе витал слабый аромат роз, доносившийся в приоткрытую балконную дверь.
В ванной комнате меня ждал приятный сюрприз. Вместо ожидаемых тазов, кувшинов и деревянной лохани, я обнаружила медную ванну с кранами, украшенными магическими кристаллами.
Как мне позже объяснили, эти артефакты не только подавали воду, но и мгновенно нагревали её до нужной температуры. Рядом располагалась фарфоровая раковина. Самым удивительным оказался туалет, вполне мне привычный на вид.
Вся канализационная система, как я узнала позже, была гордостью столичных инженеров и магов, совместными усилиями создавших подземную сеть труб. Доступна она была пока только в богатых районах, но постепенно распространялась по всему городу.
Моё знакомство с комнатой прервал стук в дверь. На пороге стояла юная служанка с моим тощим заплечным мешком. Вещей в нём было немного. Но они были!
В бездонном саквояже Макса отыскалось несколько комплектов одежды, женской в том числе, которые мы нашли в тот же день, когда лечили Грея его же артефактами. В тот момент я восхитилась и одновременно напряглась от подобной его предусмотрительности: это же надо быть таким прозорливым и продумать всё буквально до мелочей!
Кто же вы такой, Максимилиан Грей?
Глава 4.
Ваша семья наверняка весьма богата?
– Ваша семья наверняка весьма богата? – не выдержала я. Конечно, это совсем не моё дело, но Максимилиану Грею от силы было лет двадцать шесть – двадцать семь, слишком молодой, чтобы иметь в собственности подобной величины недвижимость. Штат слуг тоже впечатлял, как и внутреннее убранство помещений.
На губах мужчины заиграла многозначительная, едва заметная улыбка, больше отразившаяся в невозможно синих глазах:
– Конечно, семья моя богата, – ответил он.
– А вы граф или герцог? В обществе к вам отныне обращаться «Ваша Светлость»? – не унималась я, надо же, как меня пробрало! Всё, что касалось моего загадочного работодателя, бередило что-то в душе, и прежде чуждое мне любопытство так и рвалось наружу в виде вороха вопросов. Я едва удерживала их все при себе, понимая, что могу переступить личные границы и показаться невоспитанной.
– Ни то, ни другое.
