Члены ордена считают, что эти люди – скрытые драконы во второй ипостаси, замершей в человеческом обличье. Они верят, что эти старики – ключ к всемогуществу. Проводят ритуалы на их крови и что-то делают с сердцами. А те, кто выпивает получившиеся дьявольские настойки, увы, превращаются в монстров, с единственным стремлением – убивать. Подобные мутанты появляются в разных местах по всему королевству. Конечная цель всех этих экспериментов, отыскать рецепт эликсира, что подарит верхушке Ордена беспроигрышный шанс обрести абсолютную власть над всеми живущими на этой планете.
"
"Я вдруг почувствовала холод, пробежавший паучьими лапками по позвоночнику, волосы на затылке зашевелились, я ощутила всё нарастающий дикий страх.
– Их последователи есть и в лечебнице, не так ли? – прошептала я содрогнувшись. – У них имеется доступ к списку долгожителей… Они выбирают жертв среди пациентов.
Макс напрягся, его руки на мгновение сжались крепче.
– Ты слишком проницательна, Белла, – тихо ответил он.
– Да, кто-то из персонала КЛ связан с Орденом. Но мы пока не знаем, кто именно… Ты дрожишь, моя Белла. Не бойся. Я не дам тебя в обиду.
Почувствовав моё состояние, Макс крепче меня обнял, будто пытаясь защитить от всего мира.
– Мы могли бы использовать микроскоп, – задумчиво предложила я. – Изучить кровь долгожителей, может быть, найдутся какие-то особенности, подтверждающие или опровергающие теорию об их драконьем происхождении.
– Отличная мысль, – кивнул Макс.
– Начнём завтра же. А пока нам никто не помешал, я, наконец-то, тебя поцелую…
Глава 30. Микроскорп
Его губы были тёплыми и мягкими. Поцелуй обжёг меня, прошив током от макушки до пят. Я прильнула к нему, обхватив его за шею, коснувшись пальцами тёмных шелковистых волос. Макс провёл языком по моим губам, и я открылась ему навстречу. Он, глухо зарычав, впился в меня страстно, бескомпромиссно, и у меня закружилась голова от пронзивших тело острых ощущений.
Сильные ладони скользнули по моей спине, оставляя за собой пылающую дорожку даже сквозь тонкую ткань домашнего платья.
Ладони Максимилиана, одновременно нежные и властные, очертили контур моей талии, поднялись выше, заставив меня трепетно вздохнуть. Я таяла в его объятиях, подобно льдинке на солнце, теряя последние остатки самообладания. Макс целовал меня так, словно жаждал выпить всю без остатка, и эта жажда отзывалась во мне тягучим, сладким томлением.
