Как маг может исправить их все?
– Ещё один отличный вопрос, – я довольно улыбнулась. – Тут и кроется главное преимущество магии перед обычными методами. Целитель должен найти то, что я называю ""родительскими клетками"" – они находятся в костном мозге и постоянно производят новые эритроциты. Если направить магию на исправление именно этих клеток, они начнут создавать уже здоровые эритроциты, и постепенно все больные клетки в крови заменятся нормальными.
Я перешла к большой схеме на доске, изображающей соединение нескольких тканей.
– Теперь о сложном. Иммунная система – защита организма от болезней. При некоторых недугах она начинает атаковать собственные ткани, – я нарисовала пример такой атаки. – Здесь магия должна действовать особенно тонко, распознавая здоровые клетки и не повреждая защитные. Это почти как перепрограммирование. Э-м, то есть магия вполне способна научить их (здоровые клетки) отличать чужеродное от своего. Как дрессировщик, заново обучающий всё забывшую охотничью собаку, не кидаться на домашний скот.
Кэнсин-сан, который так же, как и остальные, во время моей лекции делал подробные записи, покачал головой:
– Изабелла-сама, всё вами сказанное требует невероятной концентрации и контроля. Боюсь, не каждому магу подобное по силам."
"– Вполне возможно, – согласилась я. – Поэтому мы начнём с самых базовых упражнений. Вам необходимо тренироваться, любой путь начинается с шага, пусть он сначала покажется мелким и незначительным, отнявшим у вас все силы.
Я достала из ящика стола несколько кристаллов различной формы.
– Эти артефакты разработаны Максимилианом специально для тренировок. Они визуализируют магические потоки и учат контролировать их интенсивность, толщину и направление.
Я раздала артефакты своим ученикам.
– Для начала направьте крошечный поток магии через кристалл так, чтобы он осветил только одну точку на пергаменте, – показала я. – Когда освоите это, перейдём к более сложным упражнениям.
Наблюдая, как народ сосредоточенно пытается контролировать тончайшие потоки магии, я ощутила странное беспокойство.
Мысли о Максимилиане не покидали меня. Что-то подсказывало, что его ""дипломатическая миссия"" была гораздо опаснее, чем он пытался мне внушить.
– Магистр Элисон, – голос Харпера вернул меня к реальности. – Смотрите, у меня получилось!
Я взглянула на его кристалл, через который проходил тонкий луч золотистого света, создавая на пергаменте точку размером с булавочную головку.
