– Пришли не только старшекурсники, но и учащиеся младших курсов, и даже несколько практикующих целителей из города.
– Надеюсь, места хватило всем? – уточнила я, а внутри всё сжалось от волнения.
Когда я вошла в аудиторию, гул голосов мгновенно стих. Большой амфитеатр был действительно переполнен. Каждое сиденье занято, кто-то даже стоял вдоль стен. Я быстро осмотрелась, замечая множество заинтересованных лиц, и направилась к кафедре, где уже расставили всё необходимое оборудование.
Пока я раскладывала свои записи и схемы, краем глаза заметила какое-то движение у входа.
Обернувшись, увидела необычную картину: несколько пожилых профессоров в форменных мантиях толпились на пороге, словно не решаясь войти. Один заглянул внутрь, осмотрелся и… вышел. Следом то же самое сделал другой, потом третий.
Пятый, забавный толстячок, вдруг решительно шагнул в аудиторию и, закинув руки за спину, деловито прогулялся перед передними партами, будто что-то обдумывал, а после… вернулся к коллегам.
Студенты тоже заметили странное поведение учителей и начали перешёптываться.
Я узнала нескольких членов экзаменационной комиссии, включая профессора Мортемара с его неизменным выражением скептицизма на лице и леди Констанцию Эшворд, единственную женщину-преподавателя академии.
Следовало разрешить возникшую неловкую ситуацию, поэтому я оставила свои записи и направилась к преподавателям."
"– Доброе утро, уважаемые профессора, – поприветствовала я их с лёгким поклоном. – Не ожидала такой чести. Буду рада, если вы присоединитесь к нам.
Профессор Мортемар прочистил горло и обменялся взглядами с коллегами.
– Не каждый день в наших стенах звучит лекция о совершенно новом подходе к врачеванию, магистр Элисон, – проговорил он с достоинством. – Мы сочли необходимым… Понаблюдать за процессом…
Ага-ага. Уж вы-то, профессор, хотите, скорее, отыскать в моих словах ересь или ещё какую обличающую меня во лжи информацию. Но я продолжала добродушно улыбаться, стараясь ни единым жестом не выказать своих истинных мыслей.
– Чтобы убедиться в научной обоснованности ваших теорий, – добавила леди Эшворд с едва заметной улыбкой, которая вполне могла быть как дружелюбной, так и насмешливой.
– В таком случае я настаиваю на ваших местах в первых рядах, – я сделала приглашающий жест. – Ваши вопросы и комментарии будут особенно ценны.
После небольшого колебания профессора вошли в аудиторию, вызвав новую волну шепотков среди студентов. Я вернулась к кафедре, ощущая, как вдруг успокоилась.
