– Леди Изабелла, – навстречу нам шагнул уже знакомый мне герцог Генрих Винтерхарт. Его Светлость встречал нас лично, буквально у порога дома. Интересно, отчего он так поступил? Его благородное лицо выражало сдержанную радость и что-то ещё… Благодарность? – Добро пожаловать в Виндермейр Холл.
– Благодарю, милорд. Для меня большая честь быть встреченной вами, – я присела в реверансе. – Рада видеть вас в добром здравии, Ваша Светлость.
– Напротив, это для меня честь, приветствовать вас. Вы так много сделали для моей семьи… Словами не передать, как я вам признателен, – вдруг признался мужчина.
– Прошу, следуйте за мной, – и галантно подал мне руку.
Мои спутники пристроились позади, и мы дружной компанией направились в услужливо распахнутые главные двери.
Оказавшись внутри, я на секунду замерла, рассматривая окружающую красоту: высокий потолок, поддерживаемый белоснежными колоннами, внушительная люстра из кристаллов по центру, просторный вестибюль, украшенный картинами в позолоченных рамах с изображениями сцен охоты и батальных подвигов предков нынешнего короля; тонкая лепнина повсюду, полированный мрамор полов, изысканная, обитая дорогой тканью, мебель, – всё говорило о богатстве и вкусе хозяина.
И всё это великолепие было залито золотистым светом утреннего солнца.
Впереди нас вышагивал импозантный мажордом, указывая путь.
– Сейчас вас проводят в гостевые комнаты, чтобы вы передохнули с дороги, а после пригласят к Его Величеству, – остановившись на развилке, уходящего влево и вправо коридора, сказал герцог, – увидимся с вами позже, – и, учтиво поцеловав воздух над моей кистью, откланялся.
"
"– Леди Элисон, леди Кайсэй, лорд Цурукава, прошу вас, следуйте за мной, – подал голос сопровождавший нас импозантный слуга. Мастер Эдгар, мажордом Виндермейр Холла. Высокий, худощавый средних лет мужчина с идеально прямой спиной и остроконечной седеющей бородкой. Его лицо выражало сдержанное достоинство. Он был облачён в безупречно выглаженный камзол тёмно-серого цвета с серебряной вышивкой королевского герба на груди.
Белоснежные манжеты и воротник подчёркивали безукоризненность его одеяния, а начищенные до блеска туфли с серебряными пряжками дополняли образ человека, для которого порядок и этикет были превыше всего.
Комнаты, что нам выделили, поражали роскошью: тяжёлые шёлковые занавеси, огромные кровати с балдахинами, мраморные камины и ванные комнаты с горячей водой.
– Красиво, как в сказке, – заметила Аоки, осматривая наше временное жилище.
