Чешуя сияла, отражая утренний свет тысячами оттенков – от бледно-жёлтого до тёмного янтаря. Огромные крылья, раскинувшиеся на десятки метров, медленно сложились за спиной."
"Молодые монахи, собиравшие в саду опавшие сосновые ветви, застыли в благоговейном страхе; Юто так и вовсе упад на колени, приоткрыв от восхищения рот; старшие же низко поклонились. Они тоже никогда не видели ничего подобного, но годы научили их держать эмоции в узде.
Дракон сверкнул янтарём своих удивительных глаз и, низко зарычав, выпустил из пасти облако серо-голубого дыма.
Оно, мерцая и шипя, укутало его фигуру.
Секунда – и сизое облако вспыхнуло так ослепительно, что очевидцы зажмурились.
Мгновение спустя на месте дракона стоял обнажённый мужчина. Высокий, с тёмными волосами и проницательными синими, как океан, глазами.
Хонка-кансю Хиен встретил его у ворот храма с кимоно в руках и тихой улыбкой, будто ожидал этого визита долгие-долгие годы.
– Максимилиан-сама, – произнёс старик, глубоко кланяясь.
– Рад тебя видеть вновь.
Макс ответил таким же почтительным поклоном и, с благодарностью приняв одежду, сказал:
– Я пришёл совершить то, что мне предначертано, Хонка-кансю, – его голос звучал иначе, чем раньше – глубже, ниже.
– Значит, время пришло, – кивнул монах.
Они прошли через ворота тории в храмовый комплекс, где ароматные дымы благовоний, свиваясь в спирали, поднимались к небесам. Вишни стояли обнажённые, сбросив листья, но даже в таком виде сад сохранял строгую гармонию.
– Что случилось? Неужели ты умер? – нарушил молчание старик, когда они приблизились к главному храму. – Но ты не возродился в огне, и помнишь моё имя…
– Помню, – кивнул Грей, стараясь не дать голосу взволнованно дрогнуть. – Более того, не только эту жизнь, но и все предыдущие. И о женщине, чья душа сияет особым светом.
Хиен пристально посмотрел на Верховного дракона:
– Ты нашёл свою пару?
– Она нашла меня, – тихо ответил Грей. – И я должен вернуться к ней. Но сначала дело, после всё остальное.
Личное.
– Да. Сейчас ритуал куда важнее дел сердечных, друг мой, – согласно покивал старик. – Слишком долго всё живое на земле питалось крохами волшебной энергии. Слишком долго Заклинание Забвения подавляло истинную природу этого мира.
Грей кивнул и вошёл следом за монахом в храм.
Его ждал долгий путь вниз, туда, где сердцебиение планеты заставляет трепетать всё его существо.
Сколько прошло времени с начала спуска?
Много.
