Впрочем, он почти тотчас же взял себя в руки, превратился в компанейского весельчака и с улыбкой воскликнул:
– Не имеет значения, Гастингс! – Он выиграл взятку, бросив на стол даму пик. – Был бы стимул – и ты сядешь играть хоть с самим дьяволом! Как и любой из нас. Скажешь, я не прав?"
"– Да, не прав.
Хью вертел в пальцах пустой бокал. К бренди он больше не прикасался – никогда не пил за игрой. Глядя на Гринвила, Хью пытался ответить на вопрос: ненавидел ли Гринвила из-за того, что проиграл ему в ту ночь, – или просто ненавидел?
– Не прав? – Гринвил ухмыльнулся.
– Что ж, может, и не прав. Женившись на деньгах, можно позволить себе разборчивость.
– Ни слова о моей жене, – тихо произнес Хью. С каждой минутой он все больше ненавидел этого человека.
Гринвил сбросил еще одну карту и опять выиграл взятку.
– Говоришь, ни слова? Это еще почему? Я прекрасно ее знаю. Знаю, можно сказать, всю ее жизнь. Так что буду говорить о ней сколько угодно, лорд Гастингс.
Хью замер с бокалом в руке и переспросил:
– Всю ее жизнь?
– Именно так, – кивнул Гринвил со злорадным блеском в глазах.
– Очень милая была девочка. А потом стала приятной во всех отношениях девушкой. Чем не графиня! – Гринвил рассмеялся и добавил: – Ее отец всегда так говорил.
Хью молчал. Выходит, Гринвил с Кроссом были друзьями. Ну конечно!.. Что ж, тогда все складывалось… Ох, почему он раньше об этом не подумал? Кросс тогда ведь сказал, что никогда не садится играть с Гринвилом, а он решил, что Кроссу этот человек неприятен. Но все было совсем не так.
– Значит, вы знаете Элизу всю ее жизнь? – пробормотал Хью, делая вид, что его эта тема не очень-то интересует. – Я не знал, что вы были близким другом семьи.
Гринвил пристально взглянул на собеседника. И теперь он уже не казался беспечным весельчаком.
– Я им и остался, – ответил Гринвил. – Мы с Кроссом друзья с незапамятных времен.
– Хм… интересно… – пробормотал Хью с деланым удивлением. – Что ж, тогда… Может, сумеешь дать мне совет, а то у нас с ним как-то не заладилось.
– Совет? – переспросил Гринвил с легким презрением.
– Извольте. Так вот Кросс всегда играет до победного конца. И ни за что не остановится, пока не получит желаемое. Так что лучше избавьте себя, милорд, от тщетных усилий и уступите ему.
Хью ничего на это не сказал, и по лицу его невозможно было определить, как он отнесся к услышанному. Он молча пододвинул стул ближе к столу и собрал в кучу фишки. Было совершенно ясно: ему пора забирать свои деньги и побыстрее уходить.
