Громов заскрежетал зубами, но страшно мне почему-то не было.
– О, да, миленько. Очень миленько, Колибри! Однако ты не ответила. Разве я отправил тебя домой?
Тут крыть было нечем.
– Нет, конечно, но…"
"– Никаких но, Лазарева. У тебя есть выбор – участвовать или… участвовать. Но я готов облегчить тебе задачу. Пройдешь второй этап – получишь должность штатного сотрудника. Пройдешь третий – назначу тебя руководителем отдела. А уж если четвертый, то плюс к должности руководителя я тебе выставку организую вопреки собственным правилам.
Но сама уйти ты не сможешь, только если завалишь конкурс.
Ого! Вот это щедрость, Александр Сергеевич! И меня тут же захватил азарт.
– А если дойду до конца? – нагло спросила я.
На секунду его глаза сверкнули зеленым пламенем.
– Тогда лично обсудим твои перспективы, Эвелина Алексеевна, – усмехнулся он. – Итак, ты согласна?
Я кивнула, не раздумывая. Еще бы, такой шанс! Прошла первый этап – пройду и второй, делов-то! Однако решила уточнить:
– Ты подкорректировал игру ""Кто хочет стать миллионером""? Все суммы, то есть, достижения несгораемые, как я понимаю?
– Правильно понимаешь, Лазарева.
""Звонок другу"" у тебя уже имеется, бонусом, так сказать. Но филонить не советую, если замечу – отзову свое предложение.
– Как скажешь, о Повелитель! – прижав руки к груди, поклонилась я. – А позволено ли будет узнать, когда я увижу второе задание?
Громов расплылся в широкой и, как мне показалось, зловещей улыбке.
– Ах, задание… задание… да вот же оно! – И легким движением руки вытащил помятый конверт из заднего кармана брюк.
– За доставку можешь не расписываться. Удиви меня, Лазарева, – подмигнул он.
И почему тон его голоса мне не понравился? Я протянула руку, и наши с Алексом пальцы на мгновение встретились. Дыхание отчего-то перехватило, и я резко выдернула конверт их руки Громова. А затем, не прерывая зрительного контакта, начала вскрывать плотную белую бумагу.
– Хорошего вечера, Эви, – хохотнул Алекс, направляясь к выходу. На пороге обернулся и ехидно добавил: – Удачи на втором этапе, Золушка, береги ноги.
Кстати, пленка на лице тебе не идет, надеюсь в следующий раз увидеть тебя без нее.
Чтоооо?! Ты заметил?! Мать моя женщина, а отец мужчина! И ты не сбежал, роняя кроссовки?! Удивительно!
Я застыла, провожая Громова обалдевшим взглядом, и только после того, как дверь закрылась, вернулась к прерванному занятию. Вытащив поврежденный листок с заданием из конверта, я пробежала глазами короткий текст. Перечитала второй раз.
