Третий. Дернула хвост на голове. Застонала. Побилась лбом о костыль, потом о второй. Упала спиной на кровать.
Руки сами потянулись к мобильнику, а пальцы судорожно нажимали кнопки.
Мне как никогда нужна дружеская поддержка! А еще жилетка, в которую можно поплакаться на свою неудавшуюся жизнь.
Фея ответила сразу, будто ждала моего звонка.
– Ну?!
– Антонова, это катастрофа!
Описала ситуацию в двух словах, и Ксю тихо присвистнула. Еще бы, она прекрасно понимала, что это задание я обязательно завалю! В моем случае проще Пушкиным стать!
– Майкл утащил меня на море, романтический полдник, все дела… Я приду, как только смогу, – со вздохом шепнула Оксана Владимировна и отключилась.
Ох, испортила я ей свидание… Ксю только и остается, что утешить меня и попрощаться, в этой ситуации даже фея бессильна.
Черт, это же ни в какие ворота не лезет! Злость на Громова достигла небывалых высот. Наверняка он обо всем знал. Гад! То-то его предложения показались мне чересчур щедрыми! Он прекрасно понимал, что со вторым заданием я не справлюсь.
Но как же обидно проигрывать в полушаге от мечты!
Первым пришел Евгений Павлович. Я понуро сидела на постели, врач даже пощупал мой лоб, опасаясь, что у меня температура, такой подавленной я выглядела. А вот моя нога, вернее, ее состояние, ему понравилось, и Женя быстро избавил меня от эластичного бинта.
– Сначала может быть непросто, но попробуйте встать и пройтись.
Я рассеянно кивнула и прошлась, как он и просил, от забора до обеда. Ой, то есть, от кровати до ужина.
Тьфу, до окна! Черт, как же хотелось заплакать… Вот так погибают герои в душещипательных фильмах… В полуметре от любви, а в моем случае – работы! А триумф достается силиконовым куколкам…
– Эвелина Алексеевна, как вы? – Евгений Павлович обеспокоенно посмотрел на меня и даже пальцами перед моим лицом пощелкал. Я очнулась.
– Хорошо, просто замечательно! – Я попыталась изобразить улыбку. Нога побаливала, но не сильно. Я даже не хромала. Снова прошлась по комнате.
Неприятные ощущения некуда не делись, но движений не стесняли. Думаю, завтра они вообще исчезнут.
– Спасибо, Евгений Павлович, дай вам бог здоровья, – грустно улыбнулась я.
Он нахмурился, пристально изучая мое лицо:
– Не узнаю свою любимую пациентку. Что-то случилось?
Его забота, безусловно, очень приятна. Правда, от нее тоже хотелось плакать. Но достойно ответить я не успела. Нас прервали… прервало вторжение в мою комнату одной очень взбудораженной феечки.
