Зверь говорил, что ошибок не прощает. И мне нужно провернуть всё без ошибок.
Но сейчас я с непониманием смотрю на мужчину. Я правда думала, что это обычная роспись без всяких празднований. Ну, максимум с его друзьями. А теперь оказывается, что мужчина готов организовать шикарную свадьбу. Надеется меня этим подкупить?
– И я могу позвать, кого хочу? – недоверчиво уточняю. Правда, кого захочу? Превратить этот в фарс на подобие дружеских посиделок?
– Можешь. Подготовишь список со всеми именами, ребята пробьют по базе.
Если всё нормально – будут твои гости.
Ненавижу себя за то, что благодарно к мужчине жмусь. Тело срабатывает быстрее меня. Прижимаюсь к нему, руками шею обвивая. Вдыхаю запах мужского тела, и остаюсь в такой позе.
Мне некого звать, на самом деле. И раньше можно было близких по пальцам пересчитать, а с последними событиями их ещё меньше стало. Но сам факт, что я хоть где-то могу решить, теплом отдаёт в душе.
Зверь обвивает руками мою талию, заставляя буквально вжаться в него, сливаясь в одно целое.
Мы сидим так в тишине довольно долго, но мне хорошо. Не должно быть, но хорошо. Я практически лежу на мужчине, выбирая его своей опорой.
Сейчас, когда он не давит, не заставляет меня подчиниться, мне спокойно. И от медленно дыхания, от чужого сердцебиения, которое я ладошкой чувствую. И даже от ненавязчивого поглаживания, когда мужчина ведёт пальцами по пояснице.
– Можно, я кое-что спрошу? – решаюсь спустя вечность.
– Конечно, Ась. Спрашивай о чём хочешь, - Зверь отстраняет меня, заглядывая в мои глаза.
– Не обо всём я расскажу, но постараюсь.
– Ты рассказал моему парню о том, что я твоя невеста? Или моей подруге? Из-за тебя они меня ненавидят?
Этот вопрос терзает меня третий день. В пятницу, успокаивая меня, мужчина делал вид, что не понимает моих претензий. Но мне хотелось понять, что произошло. Откуда появилась фотография, как мы вместе садимся в машину. И как об этом узнал Ромчик.
– Нет, не я. Я уже говорил тебе, Ась, я ничего никому не говорил. Мне плевать на твоих бывших лучших подруг и парня.
Я не стал бы рыскать по городу, чтобы подставить тебя.
– Тогда откуда они узнали? У них была фотография, где я сажусь в твою машину. Когда мне стало плохо в душевой, помнишь?
И сама вспоминаю, как это было. Щёки горят от стыда, сдавая мои чувства и мысли. Как мужчина зажимал меня, а я тянулась навстречу его касаниям. Как возбуждалась и хотела его.
Пускай это наркотик или какой-то возбудитель, который мне подсунули.
