Приходиться сцепить зубы, чтобы не огрызнуться в ответ. Но я справляюсь.
Мою посуду, хотя тут есть машинка. Трижды перемываю, пока Зверь удовлетворительно не кивает. Мне хочется разбить тарелку о его голову. Насладиться растерянным выражением лица, застать его врасплох.
– Такая послушная, да?
Зверь хватает меня в свои объятия. Его голос способен прошибать стены. Злой, властный, уничтожающий своей хрипотцой. Мужчина разворачивает меня в своих руках, как куклу, толкая к столу.
Не успеваю ничего понять, как он вжимает меня в деревянную столешницу, нагибая.
Упираюсь руками в стол, но ничего не могу сделать. Зверь рычит, рывком стягивает с меня футболку, царапая ногтями кожу.
– А если я сейчас тебя трахну, тоже стерпишь?
– А если я сейчас тебя трахну, тоже стерпишь?
Я застываю. Мне хочется визжать, вырываться, ударить его. Заставить отпустить. Его руки ведут по ногам, властно сжимая. Нет ни капли ласки и нежности, которые Зверь дарил раньше. Только жестокость, показательное наказание.
Он зол. В гневе из-за моей напускной покорности.
Недоволен и теперь пытается меня напугать, покарать за мои выбрыки. Только я не реагирую, позволяю ему всё. Сжать пальцами многострадальные ягодицы. Прижаться ко мне, вдавливая в стол. Чувствую выпирающий бугор, его возбуждение и моё наказание.
Я царапаю ногтями дерево, найти опору стараюсь. Кусаю губы, со всей дури, лишь бы он не услышал моих выкриков. Лишь бы его остановиться не попросить. Пускай всё произойдёт, возьмёт меня силой, пометит, сделает своей.
Пускай мужчина в очередной докажет, почему его Зверем зовут. Чтобы я не забывала больше.
Вязкая капля стекает по подбородку до того, как я успеваю понять, откуда она взялась. Во рту металлический вкус от прокушенной губы. Но я только сильнее надавливаю зубами, стараясь заглушить звон ремня и звук расстёгиваемой ширинки.
– Блять.
Зверь буквально падает на меня, вдавливает своим телом в стол. Он тяжелый, мощный. Даже сквозь одежду чувствуются стальные мышцы. Мужчина часто дышит, накрывает своими ладонями мои и сжимает.
Утыкается лицом в шею, которая горит от чужого дыхания.
А затем всё исчезает. Вес мужского тела, касания, звуки. Становится неожиданно холодно и пусто.
– Вставай, Ася.
Но я не двигаюсь. Кажется, если последую приказу, то рухну на пол без опоры. Зверь помогает мне подняться, разворачивая к себе лицом. Заставляет поднять руки вверх и натягивает на меня футболку.
Стирает подушечками пальцем кровь с моего лица, недовольно хмурясь.
