Раньше, чем я успеваю опомниться.
— Ты ведь пила из источника?
— Совсем немного, — я пытаюсь выдавить это с несчастным видом. Застывая рядом с его мощной фигурой, глядя на него снизу-вверх. Они с Тейнаном примерно одного роста, но он кажется… совсем другим. Холодный и вежливый, спокойный и непробиваемый. Что у него в голове — совсем не могу представить.
Эта морозная учтивость, которой от него бьёт — она заставляет нервничать, но не кажется неприятной. Особенно после встречи с другим принцем.
— Вы не поладили с моим кузеном, — говорит Сейдер.
— Поэтому я удовлетворил твою просьбу. Тейнан и впрямь не тот, на чьи слова всегда стоит полагаться.
И пока я думаю над этим многозначным заявлением, он наклоняется и набирает воды — прямо в ладони.
— Пей, — кивает мне.
В голове проносится: он серьёзно? Я ведь пошутила насчёт пить из рук!.. Но эта дурацкая мысль улетает прочь, и я припадаю губами к ладоням принца.
Стараюсь не думать, что чувствую при этом! Учащённое сердцебиение уже становится привычным, а холод помогает отрешиться.
У светящейся воды нет вкуса.
Жжение в груди нарастает в этот раз как-то… очевидно. Почти стремительно.
Не успеваю опомниться, как Сейдер прикладывает мокрую руку мне ко лбу.
— Я сделаю всё ещё раз. Не будем думать о том, что Тейнан мог намеренно тебя подвести, хотя он правда проверял вас обеих. Даже если твой дар откликнется сейчас — почти наверняка он и впрямь не слишком силён. Но исключения бывают, а у моего кузена… свой подход. Вдохни глубоко. Прими дар источника, прими его власть.
Ничего страшного не происходит.
Я не знаю насчёт чужой власти, но в остальном повинуюсь. Вдыхаю, стараюсь успокоить сердце, вновь прислушиваюсь к ощущениям. Пролитые капли воды стекают по шее, рука принца холодит голову.
Я сделала что могла! Ну же, пожалуйста?
На меня вдруг накатывает тошнота. Зуд вспыхивает в голове, бежит по позвоночнику. Всё тело жжёт. Лёгкие охватывает огнём, я не могу вдохнуть, не могу двинуться! Сгибаюсь, хватаюсь за грудь; Сейдер подхватывает меня под локоть, но я едва это замечаю.
Некоторое время — минуту, больше?! — мне по-настоящему плохо. Почти ничего не вижу, перед глазами темнеет! Что происходит?! Это…
Странная мысль: а вдруг Тейнан говорил про один глоток не только из вредности?
Не знаю, как я не поддаюсь панике, но постепенно становится легче. Я жадно хватаю ртом воздух — в пещере он должен быть немного спёртым, но кажется свежим как утром в поле. А потом… я вдруг понимаю: что-то изменилось вокруг.
