Невеста эльфийских кровей

Рыжеволосый толкнул Ринку вперед, прямо на принца. Она не удержалась на ногах, рухнула на Эландриля. Он покачнулся, с трудом сохранив равновесие. Обнял ее, защищая собственным телом. Руки его дрожали, едва удерживая меч. Все силы ушли на прыжок.

А воздух вокруг Тессиля уже искрился, трещал, собираясь в руках алым пламенем.

– Хотите подохнуть вместе? – прошипел полуэльф. – Как мило!

Он вскинул руки ладонями вверх.

Эландриль развернулся, резким движением подставляя спину под удар, прикрывая Ринку собой.

Из ладоней Тессиля хлынул поток огня.

И в этот момент откуда-то сбоку пахнýло горячим ветром, степными травами. Посреди спальни открылся портал. Что-то большое и темное, враждебно рыча, бросилось прямо под пламя.

Мощное мохнатое тело сбило с ног Ринку и Эландриля. Огонь ударил в бурую шкуру. Высек багровые искры. Воздух заполнился вонью паленой шерсти и мяса.

Эльканэ отлетел в сторону, инстинктивно прижимая Ринку к себе. Грохнулся наземь и застонал. А потом усилием воли перевернулся, подминая девушку под себя.

Острая боль пронзила его от макушки до пяток.

Ринка задергалась: эльф придавил ее своим телом, и он оказался тяжелым, несмотря на всю худобу.

– Эландриль! – она попыталась столкнуть его. – Это Брент! Это он!

В ответ прозвучал слабый стон.

Зверь за ее спиной заворчал, ощетинился. Его глаза налились слепой яростью. Неотвратимо, как сама Смерть, он двинулся на Тессиля. Беспощадный, как рок. Безжалостный, как возмездие.

В разинутой пасти сверкнули клыки.

– Отродье Эргаты! – выплюнул Дюк. В его ладонях сформировалось новое пламя, куда мощнее, чем было. – Будьте вы прокляты!

Зверь прыгнул. Пламя ударило ему в грудь, прошило насквозь. Но оно опоздало.

Дюк почувствовал, как клыки входят в шею. Как трещит, разрываясь, плоть. Как рвутся вены, и кровь заполняет горло.

Мир вокруг заволокло красным туманом. Перед глазами все поплыло.

Тишина взорвалась адским грохотом, ярким светом.

Дюк попытался вдохнуть, но вместо воздуха в рот хлынула кровь.

Потекла по губам. Глаза бывшего казначея расширились, успев за мгновение выхватить из тумана бледное лицо полукровки, тело принца, распростертое на полу, старого уркха в звериных шкурах, шагнувшего из портала, дверь, сорванную с петель, и Рива в ореоле ледяных завихрений.

А потом тяжелая туша рухнула, погребая его под собой.

– Стой, сумасшедшая!

Оба крика раздались одновременно.

Ринка бросилась к хрипящей горе. Рив рванул ей наперерез.