Невеста эльфийских кровей

– И я не насилую маленьких девочек.

В окнах уже занимался рассвет. А значит, пришло время исполнить данное слово. Консуммировать брак. Вернее, предоставить доказательства, что консуммация произошла.

Приподнявшись на локте, Брент посмотрел на девушку. Та почти всю ночь беспокойно ворочалась у него под боком, то вздыхая, то что-то шепча. Но, в конце концов, все же уснула. Сейчас она спала как младенец. Свернулась в клубочек, натянув на себя все одеяло, положила ладонь под щеку и тихонько посапывала.

Он мог бы по пальцам пересчитать, сколько раз просыпался в постели с женщиной.

Брент сказал Ринке правду. Он убийца, но не насильник. Если ему нужна была женщина, он знал, где ее найти.

Но в этот раз обстоятельства свели его с шестнадцатилетней девочкой, и он просто не представлял, как с ней обращаться. Он знал, как вести бой одновременно с шестью противниками, но терялся, стоило Ринке лишь поднять на него глаза. Под ее немного растерянным, немного испуганным наивным взглядом первый воин Эльвериолла чувствовал себя редкостным негодяем.

Особенно, если учесть то, что им движет.

Некстати вспомнилось последнее напутствие аэра. И его резкий тон:

– Ни один волос не должен упасть с ее головы, помни об этом. Делай что хочешь, но доставь ее живой и невредимой. Иначе ответишь за это собственной жизнью!

Брент давно привык к подобным заданиями и угрозам. Вот уже больше ста лет он верой и правдой служил Эльвериолльскому королевскому двору и не раз защищал правящий род от посягательств со стороны.

Светлые эльфы живут долго, очень долго, но, в конце концов, и они умирают. Король Танатаэль Каламрис правил почти триста лет, но пришел его час, и он, попрощавшись с родными, тихо угас в своей спальне. Оставив малолетнего сына наследником трона и назначив аэра Лиатанари регентом королевства.

Но как всегда, нашлись те, кто был недоволен этим решением. На это раз Алиэрн Джиттинат – племянник Танатаэля.

Ведомый внезапным порывом, Брент осторожно отвел растрепавшиеся пряди с лица девушки. И присмотрелся.

В малышке не было ничего от отца, по крайней мере, он не смог разглядеть характерные для Джиттинатов черты. А вот от бабки – младшей сестры короля – ей достались высокие скулы, форма глаз и бровей. Любой, кто знал Рианэль Каламрис, мог бы сказать, что девчушка похожа на нее, как две капли воды.

Но именно это родство сыграло плохую шутку с ее семьей.