Невеста года

Алинка тогда была безнадежно влюблена в прекрасного незнакомца из соседнего дома, она подговорила меня воспользоваться служебным положением, и мы, давясь от смеха, выведали у законопослушной мамаши все данные юноши: имя, фамилию, номер телефона, институт, в котором тот обучался. Потом Алинка неделю изводила семью юноши: набирала номер и громко дышала в трубку. На более радикальные меры она так и не решилась, студент же не обращал на двух школьниц никакого внимания. Надеюсь, старый прием сработает.

Начать я решила с квартиры бывшего комсорга. Врага, или хотя бы близких врага, надо знать в лицо. Я долго давила пальцем на кнопку звонка, но дверь мне так никто и не открыл. Ладно, приступим к обработке соседей. Все квартиры на лестничной клетке отзывались тишиной, и лишь за одной дверью послышалось шарканье.

– Из школы, – выдала заготовленную легенду я, – готовим списки будущих первоклассников. Скажите, в вашей квартире есть дети от пяти до семи лет?

– Нет у нас никаких детей, – неохотно ответили мне.

– А у ваших соседей?

– И у них нет. И нечего тут вынюхивать, а то милицию вызову. Вам только дверь открой, у-у, изверги!

Интересно, за кого она меня приняла? За похитителя детей? С последующей разделкой на органы или продажей в публичные дома Шри-Ланки? Не повезло, бдительная соседка попалась. Ладно, обследуем другие квартиры.

Лишь двумя этажами выше я нашла то, что искала. Жизнерадостная дама лет семидесяти гостеприимно распахнула дверь и весело уставилась на меня яркими зелеными глазами:

– Я из школы, готовлю списки… – начала было я.

– Не орите на весь подъезд, я все равно половины не понимаю, слышу плохо, – перебила она меня, – заходите.

Я не заставила себя уговаривать. Хозяйка квартиры не дала мне раскрыть рта и в прихожей, проводила на кухню, плеснула чаю в яркую чашку и только после этого приготовилась слушать. Раз удача послала мне столь незлобное, небдительное и готовое помочь создание, я решила изменить первоначальную версию, и, не завязывая разговор о первоклассниках, приступить к семейству Николая Чернуцкого.

– Я из школы, – в который раз завела я.

– Это мы уже слышали. Передайте, что работать у них я больше не смогу, старость грядет, слышу кое-как, а они все пристают и пристают. Пусть молодого учителя ищут, я на заслуженной пенсии как-никак.