Невеста из склепа, или Байки для попаданки!

Топота тоже не наблюдалось. А значит никто не пытается меня догнать.

— Вот и чудно, — прошептала я, убирая руки от саркофага. — Простите, если потревожила, — протянула, заметив странную надпись на крышке. — Двадцать семь. Мило. Очень мило…

Продолжив движение быстрым шагом, я очень надеялась найти отсюда выход. Взгляд сам собой скользил по саркофагам, отмечая, что каждому был присвоен номер. И мне оставалось лишь надеяться, что это просто номер места, а не…

— Не думать, не думать, не думать, — шептала я, пытаясь вспомнить любую дурацкую песню.

Одну из тех, что никак не получается выкинуть из головы. И ничего не получалось.

Ноги сводило от холода, зубы стучали, а я всё шла…

Понятия не имела, сколько прошло времени, но чётко понимала, что нельзя останавливаться. Встану, усну, замёрзну. И положат меня монашки обратно в саркофаг, заботливо прикрыв крышкой.

Шумно сглотнув, я постаралась ускориться. Пытаясь отвлечься, начала более детально изучать каменные гробики. Отличались они друг от друга сильно, хоть это и не было заметно на первый взгляд.

И не только номерами. Они просто были… очень разными. Какие-то с вензельками, другие с изображением всевозможных гербов (по крайней мере то, что было на них высечено — очень сильно смахивало на них). На многих так же были едва различимые надписи, но как я не старалась, прочитать ничего не смогла.

— Наконец-то! — выдохнула я, незаметно переходя на бег.

Впереди показался свет! Выход! Ура!

Пока я бежала, мысленно планировала свои дальнейшие действия. Выйти к дороге.

Поймать машину. Написать заявление в полиции…

В идеале путь детально запомнить до трассы, чтобы потом доблестных стражей правопорядка проводить к месту обитания этих сектантов! Свидетели каменных гробиков, мать их!

О, в своих мыслях я уже выступала в известном вечернем ток-шоу, на главном федеральном канале.

«Алина. Девушка, которая смогла выжить!» — пестрили бы заголовки газет, с моей лучшей фотографией на лицевой стороне…

— Какого… а-а-а! — заверещала я, выбегая на улицу и чуть не срываясь с крутого обрыва.

С трудом успела затормозить, схватившись руками за статую скорбящей монахини, плачущей перед… да. Каменным гробиком.

Но не это вызвало у меня следующий виток истерики.

Вид отсюда открывался очень красивый. Горы, горы, снег, горы. Дракон, кружащий в небе. Красивый такой. Синенький.

— Ма… ма… ма… — это всё, что я смогла из себя выдавить, оседая на холодную землю, придерживаясь за полы каменного балахона статуи.

Говорят, женщины любят ушами.