– На каких приисках?
– Ну, золото там…
– И где эти прииски?
– Ну, где-то в Сибири.
– Мы тоже Сибирь, Юля.
– Ну, мы Западная Сибирь, а прииски дальше, – махнула она рукой на восток. – Сибирь большая. А где точно эти прииски, я не знаю…
– Название реки, места. На Колыме, может?
– Нет, он про Ангару говорил…
– Ну вот, уже точней… Значит, на приисках с ним познакомился… Что, много золота добыл?
– Да нет, немного. Но на ремонт хватило, ну, и мебель там…
– Значит, не зря золото мыл.
– Три года его не было.
Мог бы и здесь эти деньги заработать… Лучше бы здесь был, чем с этим Витей…
– Значит, Витя его звали, приятеля твоего мужа… Один Витя, а другой, тот, который со шрамом, его как звали?"
"– Чего не знаю, того не знаю. У нас только Витя бывал…
– Коля на него доверенность выписал.
– Ну да, выписывал. Витя ему денег дал, Коля машину купил, на себя оформил, а вернул ему по доверенности…
– И на кого доверенность выписал?
– Ну, на Витю…
– А паспортные данные – фамилия, имя, отчество, год рождения, место?
– Ну да, там должно было быть.
Доверенность через нотариуса выписывали.
– Далеко нотариальная контора?
– Да нет, на соседней улице… Знаете, у меня где-то копия есть…
– Юля, если ты ее найдешь, моя нога скажет тебе огромное спасибо, – взбодренно улыбнулся я.
– Что, сильно болит?
– Еле хожу.
– А чего без палочки?
– Да пока не обзавелся.
– Ну, я бы могла одолжить… – замялась женщина.
– А что, есть?
– Да Коля когда с приисков вернулся, палочка у него была.
Медведь ему ногу подрал, он потому и уехал домой…
Палочку Юля нашла на балконе. Минуты за три обернулась. А с доверенностью дело затянулось.
Пока она искала копию документа, я изучил палочку вдоль и поперек. Типичная самоделка, вырезанная из лиственницы. И крепкая, и сырость ей не страшна. И отделана с душой, только вот колорит какой-то мрачный – очковая кобра обвивала палочку снизу до самого верха, капюшон ее покоился на изгибе, а раздвоенное жало тянулось до конца ручки.
За окнами уже стемнело, когда Юля наконец нашла копию доверенности. Но с такой палочкой, как эта, совсем не страшно было отправляться в ночь. Казалось, если что – сама кобра вступится за меня, смертельным зубом прокусит горло любому врагу… Конечно же, это была всего лишь иллюзия, ведь прежнего своего хозяина она от убийц не спасла…
– Жерновой Виктор Астафьевич, – прочитал я.
