– Стоять! Уголовный розыск! – гаркнул он во всю мощь своих голосовых связок.
Я ничуть не сомневался в способностях своего друга и соратника, и наверняка к одному задержанному присоединился бы второй, если б не досадная случайность для нас и закономерность для вражеской стороны."
"Откуда-то со стороны кладбищенской аллеи, тянущейся от ворот мимо часовенки, раздалась автоматная очередь, и проснувшееся сознание на пару с недремлющей интуицией хоть и со скрипом, но запустили во мне механизм самосохранения. Переключившись на стрелка, я нырком упал на землю – хотелось бы, чтобы все это выглядело эффектно – перекат через плечо, стремительная и меткая стрельба с двух рук.
Но при падении я больно ударился правым локтем о бордюр и пересчитал затылком железные прутья могильной ограды. И все же посадку можно было назвать удачной. Во-первых, пули прошли у меня над головой, а во-вторых, я сумел удержать в отбитой руке пистолет. И за дерево закатиться смог. Встал на колено и с двух рук произвел несколько выстрелов по мелькавшим в темноте огонькам.
Автоматчик вычислил мое укрытие, выпустил в мою сторону длинную очередь, но только одна пуля причинила вред, и то косвенно: выбила из древесного ствола щепку, которая занозой впилась мне в щеку. Сущий пустяк по сравнению с возможной свинцовой инъекцией, да и не сразу я заметил эту мелочь.
Я остался жив, но невидимый стрелок все же сделал свое дело. Пока я отбивался от него, несостоявшиеся арестанты забрались в свой мини-вэн и дали, что называется, копоти. Я выстрелил им вслед, после чего затворная рама моего «макарова» застопорилась в оттянутом положении.
Пока возвратил ее в исходное положение, пока сменил обойму, преступники на малом ходу проехали мимо автоматчика, и сразу же все стихло. Похоже, он запрыгнул в машину, которая стала стремительно набирать ход. Двигатель мощный, не один лошадиный табун, приемистый, а опасность за спиной не самая страшная – одинокий «ПМ» с последней обоймой… Кстати, а почему не слыхать Юрку?
Только сейчас до меня вдруг дошло, что мой напарник никак не реагирует на происходящее.
Ни выстрелов, ни окриков с его стороны. Или струсил Юрка, или… Лучше бы он показал страуса, зарыл бы голову в песок от страха и ждал, когда все закончится. Но не таков был мой друг… Значит…
Не хотелось думать о плохом, но жуткая мысль ледяным холодком обдала мне спину. А скоро, без пользы израсходовав свой боекомплект, я увидел и самого виновника моих тревог.
Юрка лежал в позе, неестественной для живого человека.
